Дженна поняла, что Аманда зашла, когда ощутила чей-то дискомфорт от таких условий.

— Это не роскошный замок, к которому ты привыкла — заявила Дженна, — но здесь чисто.

— А в чем проблема? Я ведь ничего даже не подумала.

Ну, может Дженна лишь ожидала, что Аманда так подумает…

— Садись, — сказала она, указывая на диван. Сама Дженна взяла стул и села напротив Аманды.

— Она собирается загипнотизировать меня? — спросила Аманда, не уточняя кто именно.

— Да, думаю, Серена не совсем обычная личность. Но сперва, как ты попала в тело Трейси? — Дженна мысленно нашла ответ в голове Аманды, но подумала, что та разыгрывает ее. — Пожалела ее? Ты серьезно? Аманда Бисон думает только об Аманде Бисон.

Дженна сконцентрировалась на мыслях Аманды, чтобы получить более точный ответ. Но тут Аманда начала считать в обратном порядке от тысячи. Похоже, она не хотела, чтобы Дженна узнала что-то еще.

— Ладно, ладно, я поняла, — сказала Дженна — Мне не интересна твоя жизнь. Я здесь ради Трейси. — Она глубоко вздохнула. — Трейси, я знаю что ты здесь. Выходи. Это не твоя вина, что Аманда оказалась в твоем теле. Но ты должна быть сильной. Вернись, и забери свое тело обратно

«Она считает, что это сработает?» — подумала Аманда.

— Хватит думать, — гаркнула Дженна. — Я не смогу добраться до Трейси, если ты будешь мне мешать. Трейси, держу пари, ты меня слышишь. Я не знаю, почему ты становишься невидимой. Может из-за застенчивости или еще из-за чего-то. Но теперь все гораздо хуже: похоже, что ты вообще исчезла. Давай ты вернешься в свое тело, а Аманда вернется в свой мир принцессы, и все будет как раньше, хорошо? Трейси? Трейси!

Дженна, как могла, пыталась сильнее сконцентрироваться на мыслях Трейси. Но все что она чувствовала, это попытки Аманды ни о чем не думать.

— Я сдаюсь. Я не могу ее услышать

— Ты не можешь сдаться! Я должна выбраться отсюда! Верни ее!

— Я же только что сказала, что не могу! Тебе не приходила в голову, что она не хочет возвращаться?

— Хочешь сказать, что я навсегда останусь в ее теле?!

От ответа Дженну спас щелчок входной двери.

— Привет, моя булочка! радостно крикнула ее мама.

— Привет, мам, — сказала Дженна, нервно взглянув на Аманду.

— Угадай что? Сегодня я купила пятьдесят лотерейных билетов!

Похоже, ее мать прилично выпила, прежде чем купить столько билетов.

— Зачем, мам?

— Дорогая, это мое шестое чувство! Это наша неделя!

— Несомненно, — Дженна взглянула на Аманду, которая все еще сидела на диване. «Убирайся отсюда», яростно подумала Дженна. Но к сожалению, Аманда не была телепатом, поэтому все, что Дженна прочитала в ответ, это реакция Аманды на ее мать.

— Я голодна, Дженна. У нас есть что-нибудь поесть?

— Нет. Я ждала тебя, чтобы ты дала мне денег и я сходила в магазин.

Лицо матери потускнело.

— Но я потратила все деньги на лотерейные билеты

Дженна вздохнула.

— Ничего страшного. У меня где-то завалялись пять баксов. Я поищу их.

Тут Дженна застыла. Она почувствовала кое-что исходившее от Аманды. Нет, это было не отвращение. Это была жалость. Аманда жалела ее. Дженна в гневе стиснула кулаки.

— Все в порядке дорогая? — даже в таком состоянии, мать Дженны, заметила перемены в ней.

А что она могла ответить матери? Мам, выйди на секундочку, пока я говорю Аманде, куда ей следует засунуть свою жалость?

Тогда кое-что дошло до Дженны. Как Аманда Бисон могла испытывать жалость к кому-то? Такие девушки, как она, никогда ни о ком не думали, кроме себя любимых. Невозможно, чтобы Аманда почувствовала жалость к ней. Хотя, возможно Аманда и вправду тогда пожалела Трейси! Тут Дженна поняла, что Аманда уходит.

— Подожди! — крикнула она. Ее мать с удивлением уставилась на дочь.

Дженна глубоко вздохнула, и сосредоточилась на мыслях Аманды-Трейси. Жалость все еще присутствовала там, но вместе с тем появилось еще одно чувство, окончательно запутавшее Дженну. Это был страх…

Аманда не могла перевести дыхание, пока Бруксайдские башни не исчезли из виду, и только тогда она почувствовала себя в относительной безопасности. Девушка не могла поверить, насколько близко приблизилась к очередным, еще более серьезным неприятностям. Последнее, что ей следовало делать — жалеть Дженну. Стать Дженной Келли не более привлекательно, чем быть Трейси Дейвон. У Дженны жизнь не лучше. По крайней мере, Трейси жила в красивом доме, где на кухне была еда. И, по крайней мере, у Трейси были нормальные родители.