— Майк никогда мне ее не показывал.

Чанда вздохнула. Ей до смерти надоели бесконечные ссылки на Майка, будто тот был мессией. А Майк, оставил после себя столько проблем! У него была типичная ментальность путешественника-первооткрывателя, как и у ее родителей. А ей приходилось расхлебывать всю эту кашу.

— Ты боишься?

— Не больше, чем раньше. И вообще, лучше посмотреть врагу в глаза. Чтобы узнать его, как следует, — Д’жирар замолчала. Чанда ждала, когда она продолжит. Наконец жительница долин заговорила вновь: — Сегодня мы предали этих людей.

— Так получилось…

— Возможно, они больше никогда не смогут доверять землянам.

У Чанды перехватило горло, и когда она ответила, голос прозвучал сдавленно:

— Я не виню их. Они имеют право на недоверие.

— Это имеет отношение к твоей «личной истории»?

— Да. Мне сорок три субъективных года, но родилась я шестьдесят девять лет назад. Мои родители были путешественниками-исследователями. Они не хотели рисковать моей жизнью во время своих экспедиций и поэтому с собой не брали. Они оставляли меня в одном из земных миров в анабиозе. А их не было по нескольку лет.

— Вы, земляне, такие удивительные!..

Чанда искоса посмотрела на Д’жирар и усмехнулась.

— Не так уж приятно просыпаться, словно на следующее утро, и видеть родителей, постаревших на годы. Друзья мои тоже оказывались на много лет старше, и я для них казалась ребенком. Понятно?

— Все молодые хотят стать старше. Пока сами не постареют.

— Вижу, что наши народы в этом сходны. Во время одного из своих путешествий мои родители погибли. Мне тогда исполнилось 14 лет, субъективно. Последний раз, когда они помещали меня в анабиоз, я отчаянно бунтовала, но это не помогло. А когда проснулась, их уже не было на свете. За это время они стали втрое старше, чем я. Это меня несколько «смущало». Мягко говоря.

«Смущало»! Чанда давно выбрала это определение, чтобы как-то обозначить свое отношение к поведению родителей, не раскрывая сути истинных чувств.

— Тогда ты должна понимать, что такое предательство.

Чанда тихонько кашлянула.

— Думаю, я это понимаю.

— А теперь ты путешествуешь, как когда-то они, для того чтобы помогать другим. Тем, кого тоже предали.

«Не так, как они», — мгновенно мелькнуло в голове Чанды. Однако она поняла, что имела в виду Д’жирар.

— Я путешествую из края в край и стараюсь понять.

— Тогда я надеюсь, ты оценишь страдания моего народа.

Чанда перестала ощущать тепло, исходящее от почвы.

— Нам лучше вернуться. Неизвестно, когда прибудут сюда собренианские дерапторы.

Чанда настояла, чтобы Д’жирар провела ночь на борту «Нивары». Спустя какие-то полтора часа после старта с поверхности Сплендора она заботливо устроила жительницу долин в гостевой каюте и сама отправилась в постель. Уснула она мгновенно. Через два часа ее разбудил разнесшийся по кораблю трезвон срочного вызова.

Коснувшись левого уха, она активировала даталинк.

— Это капитан Брэм. Собренианцы вновь нанесли удар.

Чанда наскоро оделась и отправилась в каюту Д’жирар. Сплендорианку она встретила уже в коридоре. Подруга казалась очень встревоженной.

— Оставайся со мной, — велела Чанда. — Мы можем понадобиться в любой момент.

К тому времени как они добрались до капитанского мостика «Нивары», капитан Брэм напряженно вглядывался в изображение, вызванное на экран дисплея. Мигающие красные точки пунктиром окаймляли зоны разрушения. «Как же их много! — с ужасом подумала Чанда. — И охватывают такую большую площадь!»

— Первый удар был нанесен в девяти километрах от деревни, которую мы только что эвакуировали, — сообщил капитан Брэм. Он часто скрывал свои чувства за буйной черной бородой, но Чанда работала с ним давно и по тому, как опустил он веки, как нервно бегали его пальцы по клавиатуре управления, поняла, что он подавлен.

— Домерлан не лгал, утверждая, что не «Меларион» является источником действий дерапторов. Они совершают звездный прыжок и возникают в непосредственной близости от атмосферной оболочки. Снаружи.

Научная идея, осуществленная собренианами, потрясла Чанду.

— Неудивительно, что они стремятся поскорее опробовать и развить эту технологию. Можем ли мы им противостоять?

Брэм покачал головой.

— Теперь, когда мы знаем, откуда исходит угроза, наш компьютер, возможно, рассчитает точку, из которой они проникают в атмосферу планеты. Но что мы будем делать, оказавшись там?

— У «Нивары» нет оружия, способного их уничтожить?

— Нет даже ничего похожего. Действительно, их технология эффективно действует на больших площадях. Посмотрите на разброс ударов! Полоса разрушения протянулась примерно на сто километров, хотя и прерывисто.