— Энгус ведь там прямо напротив, верно?

Гидеон прислонился к стене и скрестил руки на груди. Я подняла свои руки вверх:

— Ладно. Сдаюсь. Будь по-твоему.

— А ты учишься, ангел мой, — с улыбкой произнес он.

Бормоча себе под нос, я удалилась в туалет и занялась делом. Когда я умывалась над раковиной, то посмотрела на себя в зеркало и подмигнула своему отражению. Зрачки мои потемнели и расширились, косметика поплыла от пота, так что глаза сделались словно у енота.

— И что он в тебе находит? — иронически спросила я у себя, думая о том, как превосходно при этом выглядит он.

Вроде тоже вспотел и все такое, но на его импозантной внешности это практически не сказывалось, не то что на моей. Но помимо неприглядного обличья, я не могла не думать о былых проступках и промахах. Не могла, пока находилась в одном здании с Бреттом.

Устранив пятна туши вокруг глаз с помощью бумажного полотенца, я отправилась обратно в холл. Гидеон находился всего в нескольких футах и разговаривал с Робертом, точнее сказать, слушал его. Музыкальный менеджер явно был чем-то возбужден. Заметив меня, Гидеон поднял руку, призывая чуточку подождать. Я же указала на выход в конце коридора, повернулась, пока он не успел меня остановить, и направилась туда. Торопливо проходя мимо артистической уборной, я заглянула туда и увидела смеющуюся Шауну с пивом в руке. Там было полно народу, царило оживление, и, судя по виду, она прекрасно проводила время.

Вздохнув с огромным облегчением, я поспешила дальше. Я выглянула наружу и заметила припаркованный в стороне от вереницы автобусов лимузин, а возле него Энгуса. Я помахала ему рукой.

Направляясь к Энгусу, я оглянулась, подумав о том, каким раскованным был Гидеон. Ему не было никакой нужды напрягаться, чтобы затащить меня в койку, я сама не могла дождаться возможности увидеть его голым.

Неожиданно справа от меня ярко вспыхнул огонек, я вздрогнула, остановилась и увидела Бретта Клайна, поднесшего спичку к зажатой во рту ароматизированной сигарете. Он стоял в сумраке, рядом с выходом, и осветивший его лицо дрожащий огонек на целую долгую минуту отбросил меня назад, в прошлое.

Бретт поднял глаза, увидел меня — и застыл. Мы таращились друг на друга. Сердце мое бешено колотилось от охватившего меня возбуждения, смешанного со страхом. Неожиданно он выругался и затряс рукой: догоревшая спичка обожгла ему пальцы.

Опомнившись, я, стараясь идти словно ни в чем не бывало, кратчайшим путем направилась к Энгусу и лимузину.

— Эй! Постой! — закричал Бретт.

Позади меня зазвучали шаги. Ощущая выброс адреналина, я обогнула грузчика с тележкой и, используя его как прикрытие, нырнула в просвет между двумя автобусами. Стоя между двумя открытыми багажными отделениями, я прижалась спиной к борту одного из автобусов, прячась в тени, стыдясь своей трусости, но зная, что мне нечего сказать Бретту. Я больше не была той девушкой, которую он некогда знал.

Он проскочил мимо, но я решила выждать, дать ему время осмотреться и отказаться от поисков, хотя исходила от нетерпения, поскольку понимала, что Гидеон вот-вот поспешит за мной.

— Ева.

Звук моего имени заставил меня вздрогнуть. Повернув голову, я увидела Бретта, подходившего с другой стороны. Пока я таращилась направо, он появился слева.

— Это ты! — хрипло произнес он, бросив сигарету на землю и раздавив ногой.

Я услышала собственный голос, произнесший нечто знакомое:

— Бросил бы ты курить.

— Ну вот, ты все о том же. — Он осторожно приблизился. — Шоу видела?

Я кивнула и, отойдя от автобуса, попятилась.

— Было здорово. И ребята у тебя потрясающие. Рада за тебя.

С каждым моим шагом назад он делал шаг вперед.

— Я все время надеялся как-нибудь встретить тебя вот таким образом, на концерте. И у меня возникали сотни различных идей насчет того, что из этой встречи может получиться.

Я просто не знала, что на это ответить. Казалось, воздух между нами сгустился так, что трудно было дышать. И в этом напряжении была своя притягательность.

Нет, ничем похожим на то, что я чувствовала по отношению к Гидеону, тут и не пахло. Это была не более чем тень, но ведь была же.

Я отступила дальше, на открытое пространство, где сновало туда-сюда множество народу.

— Почему ты убегаешь? — спросил он.

В свете парковочных огней я рассмотрела его как следует. Выглядел он даже лучше, чем раньше.

— Не могу… — Я сглотнула. — Нам не о чем говорить.

— Чушь! — Его взгляд буквально прожег меня. — Ты взяла и исчезла. Слова не сказала, просто перестала показываться. Почему?

Я потерла ноющий живот. Ну что тут можно было сказать?

«Наконец подросла и решила, что заслуживаю большего, чем быть одной из множества сучек, которых ты трахаешь по душевым в перерывах между выступлениями».

— Почему, Ева? Вроде все шло путем, и ты вдруг, на хрен, исчезла.

Я вертела головой, высматривая Гидеона или Энгуса, но не видела ни того ни другого. Лишь одиноко стоявший лимузин.

— Слушай, да все это было давным-давно.

Стремительно подавшись вперед, Бретт схватил меня за руки, напугав этим неожиданным агрессивным движением. Не находись мы на открытом пространстве, на виду у множества людей, я могла бы впасть в панику.