7. На сколько? По сравнению с кем (с чем)?

8. А что случится, если «да»? (если «нет»)?

С помощью точных вопросов самому себе мы можем понять причины, по которым воспринимаем окружающий мир так, а не иначе.

Интуитивное постижение мира является ведущим у людей творческих, людей искусства. Творец, обладающий всеведением, неподвластен времени, он является учителем учителей и воплощает в себе сферу подсознательных механизмов творчества. Это источник интуитивного озарения, им через подсознание неосознанно пользуется каждый человек. «Внутренний учитель» в корне отличается от «внешних учителей» тем, что он никогда не настаивает на своей точке зрения, но говорит лишь тогда, когда мы его спрашиваем, и молчит, если нет вопроса. Необходимым условием контакта с подсознательным «внутренним учителем» является сознательное совершенствование искусства задавать точные вопросы.

Наше сознание формулирует эти вопросы, что позволяет получить в ответ сверхточную информацию о том или ином явлении или объекте.

Первым, кто предложил экспериментальный тест для оценки человеческой способности к одномоментному восприятию, был Уильям Гамильтон (1788–1856), английский философ XIX столетия. Он писал: «Если вы бросите на пол горсть шариков, то обнаружите, что трудно сразу охватить взглядом больше шести, максимум семи шариков без ошибки».

В 1871 г. английский экономист и философ-логик Уильям Стэнли Джевонс (1835–1882) сообщил, что, бросая бобы в ящик, он никогда не ошибался в счете, когда их было 3 или 4; редко ошибался, когда их было 5; верно определял их число только в половине случаев, когда их было 10, и почти всегда ошибался, если их число достигало 15. Гамильтон пришел к выводу: человек способен, не считая, воспринимать без ошибки до семи предметов; при превышении этого числа ошибки становятся регулярными.

Научное обоснование этому явлению дал американский психолог Дж. Миллер в 1945 г. «По-видимому, — писал Дж. Миллер, — наш организм имеет какой-то предел, ограничивающий наши способности воспринимать информацию».

В результате многочисленных опытов исследователь пришел к выводу, что среднее значение «пропускной способности» человека по каналу слухового анализатора, позволяющее оценивать какое-то акустическое явление, составляет не более семи категорий.

Так была открыта интереснейшая закономерность, исследование которой ведет к разгадке тысячелетней тайны. Логика науки привела к материалистическому объяснению магии числа семь.

Оно присутствует в пословицах и поговорках: «Один с сошкой, семеро с ложкой», «Семь раз отмерь, один раз отрежь» и т. д., а также в русских народных сказках и сказках других народов мира. С детства всем памятна сказка «Репка». В этой сказке семь персонажей: репка, дедка, бабка, внучка, Жучка, кошка, мышка.

Семь персонажей и в другой сказке — «Семь Симеонов».

Исследования В. Я. Проппа, изучавшего морфологию русских сказок, показали, что все сказки однотипны по своему строению, а также количественному и качественному (функциональному) составу участников — их всегда семь: антагонист, даритель, помощник, царевна (искомый персонаж), отравитель, герой, ложный герой. Из этого следует сделать вывод, что фольклор также подчиняется общим законам человеческого восприятия.

Итак, объем оперативного восприятия во всех 3-х системах (аудиальной, визуальной, кинестетической) зависит по существу от числа групповых блоков символов, или кусков информации, он постоянен и равен 7 ± 2 (5, 7, 9).

Если рассмотреть три объекта — восемь цифр, семь букв и шесть слов, то их количественные характеристики почти одинаковы. Хотя их информационная емкость будет весьма различна.

Тем не менее эти объекты запоминаются почти одинаково.

Человек, воспринимающий более 7 предметов (объектов), перегружает свой мозг, который на сороковой секунде начинает предварительную обработку полученной информации, в это время идет непроизвольное получение информации, которая автоматически воспринимается нашим подсознанием независимо от нашего целенаправленного восприятия.

Начну с теории о том, что время имеет вид сот, в каждой ячейке которых вершится измеряемая единица, и это измерение обладает способностью избирательно определять закономерности развития всех его составляющих. Время может стоять, может идти назад, вперед, его может не быть вовсе, но всегда есть что-то, что отвечает за качество как за количество, а за количество как за качество. Поэтому возможна плотность времени как вещества и слияние дискретных элементов в непрерывную действующую действительность.

Образы прошлого запечатляются, записываются в пространство, как на кинопленку. Событие прошлого продолжает жить, прокручиваться параллельно событиям нашего времени.

Один из сторонников этой теории даже делал фотоснимки, которые запечатляли события былых лет, фотографируя казалось бы пустые места. В частности снимки с места военных событий Второй мировой войны. Иногда люди могут видеть прошлое наяву и без фотоаппарата.

Каждым из нас время, его течение, воспринимается по-разному, для одних это бег времени, для других ход, для третьих течение почти незаметное или очень медленное. По этой причине некоторые люди живут (проживают жизнь) быстро и еще в довольно молодом возрасте ощущают себя почти прожившими свою жизнь, соответственно, все это сказывается на их самочувствии и физическом теле. А другие, наоборот, живут очень медленно, но жить медленно в нашем мире очень сложно. На мой взгляд, об оптимальном проживании жизни пелось в одной песне: «Идти вперед, но жить не торопиться».