И никогда не запятнаю Этот чистый и достойный род.

В данном случае вполне можно думать о себе, как о бодхисаттве, — не для того, чтобы возгордиться и ставить себя выше других, но чтобы быть внимательным и постоянно наблюдать себя.

Махаяна говорит, что нужно действовать на благо всех существ, а не только людей своего круга. Обычно это бывает очень трудно, потому что мы крайне ограничены вообще и представлениями о дружбе, и круге друзей в частности. Но если у нас есть друзья, то, несомненно, есть и враги, то есть мы уже отошли от принципа «жить ради блага всех существ».

Разумеется, это не значит, что стоит нам начать зарождать Бодхичитту, как все представления о врагах исчезнут. Но постепенно они будут уменьшаться, и мы сможем стать более открытыми, преодолеть какие-то ограничения. В Дзогчен говорят о ваджрных братьях и сестрах, имея в виду людей, тесно связанных с учением, но на самом деле не следует слишком обособляться, ведь кто знает, какие взаимоотношения, в том числе и духовные, были у нас с другими людьми в предыдущих жизнях. В Махаяне утверждается, что все живые существа могли быть нашими матерями и отцами, потому что сансара бесконечна. Если это так, то все живые существа могли быть и нашими ваджрными братьями и сестрами.

Поскольку усвоить такой образ видения не так легко, есть много способов в этом упражняться. Например, Шантидэва в Бодхисаттвачарьяаватаре говорит, что следует упражняться в размышлении о равенстве себя и других. Затем нужно постепенно перейти к размышлению о том, что важнее заботиться о других, чем о себе. Например, можно думать так: поскольку мы уже на пути, у нас есть шанс обрести реализацию, другие же, полностью зависимы от страстей и не ведают о своем истинном состоянии. Благодаря такому размышлению возникает сострадание, и мы начинаем уделять больше внимания другим, чем себе. Это уже труднее, чем просто думать о равенстве живых существ. Еще важнее мысленно меняться местами с другими и ставить себя на место того, кто страдает. Даже не имея возможности осуществить это физически, мы упражняемся в размышлении над этим и в своем намерении.

Например, однажды, когда известный учитель школы Сакьяпа, которого звали Ронгтон, давал учения по Праджняпара-миталанкаре, громко заскулила собака, в которую кто-то запустил камнем. Вдруг, ко всеобщему удивлению, Ронгтон тоже вскрикнул, и все увидели у него ушиб в том же месте, куда ударили собаку. Это означает, что Ронгтон реализовал данный аспект практики. Такого уровня достичь нелегко, но мы можем мысленно упражняться, чтобы наше большое «Я» уменьшилось, — тогда, в конце концов, мы ослабим свою напряженность и научимся уважать других и сотрудничать с ними.

Приняв обет Бодхичитты, следует его развивать, как взращивают зерно, посеянное в плодородную почву. Под плодородной почвой имеется в виду рождение человеком, которое позволяет нам развивать Бодхичитту и принадлежать к семейству бодхисаттв. В Учении Дзогчен говорится, что состояние человека изначально совершенно, но если мы это не осознаём, то и состояние наше не соответствует этому положению. Вспомните притчу о нищем, который жил в пещере и каждый день ходил в город просить пропитание. Прожив всю свою жизнь в пещере, бедняк умер в страшной нищете. Вскоре после этого просветленный бодхисаттва, живший по другую сторону горы, благодаря своей ясности разглядел, что в камне, на который нищий каждую ночь клал голову, скрыт большой алмаз. Но нищий этого не знал и умер в нужде.

Обычно то же самое происходит и с нами: мы не ведаем о том, что обладаем семенем татхагат, или, как говорят в Дзогчен, неисчерпаемой потенциальностью. Нужно пробудить в себе это знание, развивая Бодхичитту, как взращивают семя, способное произвести плод. Мы должны его не только посеять — одного этого недостаточно, — но и охранять, чтобы его не вытоптали животные, заботиться, чтобы оно получало влагу и свет. Таково воззрение Махаяны, но в Дзогчен мы поступаем так же. Каждый день мы выполняем разные очистительные практики, потому что очищение означает развитие ясности, а развивая ясность, можно пробудить знание нашей потенциальности.

Первый источник пробуждения - это осознание своей принадлежности к роду бодхисаттв. Второй — встреча с учителем и учением. Недостаточно только родиться без изъянов: уметь говорить, рассуждать, учиться и обладать разумом — недалекий человек, не стремящийся выйти за пределы своих ограничений, не сможет получить учение. Получить учение — исключительное счастье. Некоторые вначале понимают это, но с течением времени перестают ценить или теряют интерес. Это значит, что они перестают понимать, какая это удача — возможность получить учения и практиковать их. На самом деле они должны быть безмерно счастливы и стараться побольше работать над собой.

Третий источник — сострадание. В Махаяне говорится о безграничном сострадании. Вспомним разницу между Хинаяной и Махаяной. Принцип Хинаяны — контролировать свое поведение, чтобы не наносить вреда другим, тогда как принцип Махаяны — активно творить благо для других существ. Если задуматься, разница большая. Бодхисаттва не скован рамками обетов и правил: если он может творить благо для других, то делает это любой ценой. В Махаяне постоянно приводят такой пример. Один купец, узнав, что некий человек хочет ради наживы убить пятьсот купцов, решился убить преступника, рассудив, что, во-первых, спасет пятьсот жизней, а во-вторых, не даст убийце совершить страшный грех и накопить столь тяжкую карму. Убив злоумышленника, купец, который ранее принял обет не отнимать жизнь, пошел к Будде, чтобы покаяться в нарушении обета. Но Будда, выслушав все, сказал ему, что не надо сокрушаться, поскольку он совершил это деяние с добрыми намерениями, а не из корысти. Итак, в данном случае тяжкое неблагое деяние можно даже счесть благим.