— Я думаю, наш гость тоже захочет встретиться с бароном, — промурлыкал он.

— Гость? — обернулся де Морнье. — Проклятье, ты идиот!

Слуга в испуге попятился от хозяина замка. Миша же лихорадочно размышлял:

«Вот ведь влип. Теперь де Морнье не отпустит меня живым, чтобы я не смог никому рассказать о его встречах с Вериморским бароном. Эжуан собирается меня убить потому, что я услышал то, чего мне слышать не полагалось. Ещё понять бы, что я слышал. Впрочем, ни о де Морнье, ни о Эжуане мне беспокоиться не придётся, сэр Генри убьёт меня сразу, как только увидит. Чёрт, кажется, мне захотелось в туалет».

— Мессир Арман, вы позволите вас на минуту покинуть. Мне необходимо срочно выйти.

— Я провожу гостя, — вызвался Эжуан.

Де Морнье махнул обоим.

— Я жду вас, мессир. Надеюсь, вы повторите свою историю барону?

— Обязательно, — пообещал Миша, направляясь следом за управляющим к выходу.

Выйдя во двор, он стал искать место, где можно было незаметно оглушить Эжуана. Тот, кажется, сам решил облегчить задачу и повёл его за какие-то сараи… Мишу спасло солнце, которое в этот момент выглянуло из-за облака и перед мальчиком упала тень стоявшего за углом человека с мечом. Миша действовал быстро, нагнувшись, он пропустил над собой удар, который, попади он в цель, оставил бы его без головы. Солдат, не встретив сопротивление удару, не удержался, по инерции пошёл следом за мечом и, потеряв равновесие, растянулся на траве.

Мальчик терять время не стал: вытащив свой меч, он кинулся к Эжуану. Безоружный управляющий казался ему опаснее вооружённого солдата. Рукояткой меча он как раз успел приложить его по затылку. Эжуан упал. Миша повернулся к солдату. Тот уже поднялся и был готов к схватке. Он наступал на мальчика, слегка покачивая своим мечом.

За время ожидания ухода эскадры сэра Генри, Миша успел основательно поработать над захваченным мечом. Он заточил остриё, закалил его с помощью газовой сварки и подогнал, как мог под себя баланс. Конечно, это была не знакомая ему шпага, однако переделанным мечом можно было уже наносить и колющие удары. Солдат, размахивающий своим клинком перед Мишей, этого не учёл и был крайне удивлён, когда почувствовал у своего горла остриё меча соперника. Поскольку горло не было ничем защищено солдат в испуге замер.

— Может стоит бросить меч? — поинтересовался Миша.

Солдат героя изображать не стал и подчинился. Мальчик и этому влепил рукояткой по затылку. Оглядел двоих мужчин лежащих в пыли.

— Неужели это я с ними справился? — недоверчиво спросил он сам у себя. Хотя, конечно, он должен был признать, что ему сильно повезло. Во-первых, солнце показало стоявшего за углом солдата и, во-вторых, ему удалось оглушить Эжуана до того, как тот понял, что его засада сорвалась.

Вспомнив о крепости черепов людей этой эпохи, и как недооценка этой крепости едва не стоила ему жизни на «Диане», Миша связал обоих их поясами и заткнул рты.

— Ненадолго, конечно, но мне хватит. По крайне мере я на это надеюсь. Интересно, кто организовал засаду: де Морнье или Эжуан? Скорее всего Эжуан. Де Морнье просто приказал бы охране убить меня и все дела.

Мальчик представил, как управляющий объясняет своему господину смерть гостя:

«— Мой господин, наш гость неудачно упал и умер.

— А во время падения у него отлетела голова?

— Мой господин, наш гость очень неудачно упал…»

Это было бы забавно, если бы не касалось именно его головы. Поэтому Миша поспешил к воротам. Насколько он помнил, их не закрывали. Осторожно выглянув из-за какого-то склада, мальчик осмотрел дорогу перед крепостными воротами. Здесь ему повезло. Сэр Генри и несколько людей из его охраны стояли перед ними и ждали когда их проведут внутрь. Вот подошёл один из слуг и пригласил всех за собой. Миша, не таясь, вышел и направился к ещё не рассёдланным лошадям англичан, однако он постарался, чтобы барон его не заметил. На мальчика никто не обратил внимания. Он, в наглую, подошёл к слуге, державшему лошадей и приготовившемуся отвести их на конюшню.

— Спасибо, дальше я сам, — Миша забрал поводья у оторопевшего слуги, сел на коня и направился к выходу.

— Держи его! Не дайте ему уйти!

Миша обернулся. К нему, размахивая руками, бежал Эжуан.

— Вот чёрт, ну почему я тебя не стукнул сильнее? — он пришпорил коня и помчался к воротам.

— Дур-ра-а-цка-а-я-я коб-б-был-ла-а! — подпрыгивая в седле, ругался мальчик.

«Как люди на этой пыточной машине ездят?»

Однако задумываться над этим было некогда — мимо мишиного плеча пролетел арбалетный болт, а двое солдат кинулись к воротам, в надежде опустить решётку. Глупо, конечно, сделать это они всё равно не успевали. Вскоре Миша уже удалялся от замка.

— Кажется, я выбрался, — облегчённо сказал Миша, притормаживая своего скакуна. Посмотрел на замок и добавил: — Когда кажется, тогда крестятся.

Из ворот выехало несколько человек из свиты барона Вериморского и, пришпоривая лошадей, понеслись к нему. «Пытка» началась снова. Если бы мальчик умел ездить верхом, а не только держаться в седле, то ему наверняка удалось бы уйти от погони. Англичане не стали бы слишком долго преследовать его на французской территории, но сейчас погоня неуклонно приближалась. Оставалась последняя возможность, и Миша направил коня к лесу.

«Рауль предупреждал, что в лесу правит банда Меченого и что туда без крайней необходимости лучше не лезть. Однако погоня за спиной, думаю, подходит под «крайнюю необходимость». И потом, Меченый меня, вероятно, убьёт, а если догонят эти, то меня наверняка убьют. Хорош выбор. Но «вероятно» всё же предпочтительней «наверняка».

Углубившись в лес, Миша слез с коня и дальше направился пешком. Преследовать его здесь на лошадях не было никакой возможности. Не зная, рискнут ли преследователи отправиться за ним или нет, мальчик, не желая рисковать, шёл без остановок.