Если получится сформировать союз с этими двумя племенами, то впоследствии образуется

союз пяти племён.

И если всё так и случится, то у них появится реальный шанс победить. И когда все уже

схватились за эту спасительную соломинку, Шасрю вдруг сказал:

– И кто будет представителем?

– Я буду.

Шасрю не был удивлен немедленным ответом Зарюса. Окружающие людоящеры

посчитали, что это всё потому, что он понимал характер своего младшего брата, и потому

ожидал такой ответ. И издавая звуки одобрения, они также подумали, что им не найти

лучше кандидата на эту роль. Однако был один людоящер, кто считал иначе.

– Отправим путешественника?..

И это был Шасрю, чей ледяной взгляд пронзил Зарюса.

– Всё верно, вождь. Однако сейчас трудные времена. Если другое племя не пожелает

слушать меня, только из-за того, что я путешественник, то нам такие бесполезные

союзники не нужны.

Зарюс легко парировал холодный взгляд вождя. И через мгновенье, посмотрев друг другу

в глаза, Шасрю грустно улыбнулся. Эта улыбка, возможно, значила то, что он сдался, или

что он понял, что не в состоянии остановить своего брата, или же он просто внутренне

посмеялся над собой за согласие. Это была грустная, но не мрачная улыбка.

– Возьми печать вождя нашего клана.

Эта печать доказывала, что он является официальным представителем клана. Некоторые

старейшины, которые хотели выразить своё мнение, вроде: "это не та вещь, которую

можно отдать путешественнику", закрыли рты под свирепым взглядом Шасрю.

– Выражаю мою крайнюю признательность за оказанную честь.

Зарюс поклонился. Приняв благодарность, Шасрю продолжил:

– Я должен выбрать представителей, которые будут отправлены к остальным племенам.

Во-первых...

************************

Ночью дул холодный ветер. Из-за того, что это болота, тут была высокая влажность и

летняя жара, которые Объединялись вместе, чтобы максимально эффективно помучить

местных жителей, однако этой ночью тепло смягчилось и порывы ветра были даже

ледяные. Хотя у людоящеров, конечно же, была крепкая кожа, потому они вряд ли

почувствовали это изменение.

Зарюс шёл вдоль болота и направлялся он к своему питомцу Ророро.

Хотя ещё было достаточно времени, но нельзя было сказать наверняка, что ничего

неожиданного не произойдет, и тем более, было неизвестно, сдержит ли враг своё слово и

нападёт точно по расписанию или всё же помешает Зарюсу исполнить задуманное. С

учетом всех этих соображений, идти через болота к Ророро было наиболее подходящим

решением.

Вдруг он замедлился и остановился. Мешок на спине, который был забит различными

предметами, качнуло. Причиной остановки послужил знакомый людоящер, освещённый

светом луны.

Оба пошатнулись, завидев друг друга, и растерянный Зарюс согнулся в поклоне. Чёрная

фигруа людоящера подошла ближе.

– Я думаю, что тебе больше подходит роль Вождя.

Это были единственные слова, что сказал Шасрю, подойдя на расстояние двух метров.

– Что ты такое говоришь, брат?

– Ты же ещё помнишь прошлую большую войну?

– Конечно.

Поскольку Зарюс сам поднял этот вопрос на собрании, то конечно же, он не мог не

помнить. Естественно, это был не главный вопрос Шасрю.

– После войны ты стал путешественником. И с тех пор, как тебе выжгли ту метку на груди, не знаю, сколько раз я пожалел об этом. Даже если пришлось бы применить силу, я должен

был переубедить тебя.

Зарюс яростно покачал головой. Выражение лица его брата в те времена, до сих пор

осталось занозой в его сердце.

– Ведь благодаря разрешению старшего брата, я смог узнать, как разводить рыбу.

– Но ведь ты умён, даже оставшись в деревне, ты смог бы сам додуматься до этого. Такой

мудрый людоящер, как ты, мог стать опорой этой деревни.

– Старший брат...

Прошлое есть прошлое, поэтому любые гипотетические дискуссии, вроде: "А что, если..."

были совершенно бессмысленными. Прошлое никак не изменить, но задумываться над

иным ходом событий было слабостью этих двух людоящеров.