возбуждение от похода в лес.

Он вёл себя совсем как мальчишка, и Энри улыбнулась, на секунду представив себя его

старшей сестрой.

– Спасибо, Энфи. Позаботься обо мне.

"Странно, теперь он показывает позу бицепс сбоку?... С чего бы это?"

– Ааа, снова... о, да, я приготовил кучу алхимических зелий, я сделал их сам, так что

предоставь всё мне!

При виде второй сияющей ухмылки Энфри улыбка слетела с лица Энри.

– Ух... угу. Давай.

– А, ну, значит договорились... хотя. Честно говоря, даже если бы это не было так

рискованно...

Джугем повернулся к Энри, скорчившей кислую мину. Ей уже начало надоедать вновь

слышать этот вопрос после того как она столько раз ответила на него в деревне, но

поскольку он спрашивал из-за беспокойства о ней, она не могла просто проигнорировать.

– Может это и так, но факт остаётся фактом - не собрав травы, мы не заработаем денег...

– Как насчёт шкур животных? Их мы могли бы добыть сами.

– Это хорошая идея, но травы гораздо ценнее.

Лекарственные травы и шкуры животных находились в совершенно разных ценовых

категориях, отличавшихся как небо и земля. Разумеется, существуют редкие животные, за

шкуру которых можно выручить состояние, но их мало и найти их весьма непросто.

– Братишка мог бы одолжить...

– Мы с Барелами ведём хозяйство порознь, и доходы поделим пополам. Жадность

неприемлема.

//

Взаимопомощь в трудной ситуации - краеугольный камень деревенской жизни. Не

желавших помогать другим изолировали или изгоняли из деревни. Также это являлось

причиной, по которой не существовало жадных и эгоистичных хозяйств - такое

отношение никогда бы не дозволили. Самодостаточность была строгим требованием.

//что-то не вижу в сканах ничего про 80 процентов.

Энри с Джугемом отвернулись, отводя взгляд от Энфри, который тихо произнёс:

"Кайджали, пожалуйста, поймите ситуацию и перестаньте вставать в эти нелепые позы".

– В таком случае, это определённо... и похоже на то, что... ну, если бы ты жила с

Братишкой, то вы могли бы объединить ваши финансы... ну... похоже, тут ничего не

поделаешь...

Голос Джугема постепенно увядал. Он понимал, что не сможет отговорить Энри от

похода в Великий Лес.

Хотя Энри и не хотела обременять Джугема и остальных, что заботились о ней, она не

отступила от своей цели.

В конце концов, она решилась войти в этот лес, невзирая на все опасности

подстерегающие там, потому что Кайджали сказал "Мы не можем чинить наше

снаряжение".

//именно Кайджали, а не Джугем. в анлейте ошиблись. Сама фраза отличается от

сказанной в первой части, она не цитирует а приблизительно вспоминает.

Конечно, точильные камни помогали, но для полноценного ухода и ремонта оружию

требуется взгляд умелого кузнеца. Это означало, что над гоблинами нависла незримая

угроза - стоит их снаряжению придти в негодность, и они окажутся в смертельной

опасности. Жизненно необходимо поддерживать их оружие и доспехи в хорошем

состоянии.

Что она может сделать для тех, кто готов защищать её ценой собственных жизней? Она

не желала просто прятаться и пользоваться плодами их тяжкого труда. Если они готовы

отдать всё ради неё, то и она сделает всё возможное ради них. Энри решила твёрдо.

Гоблины защищают не только Энри, но и всю деревню. Возможно, упирая на этот факт, она могла бы собрать с жителей достаточно средств, чтобы обмундировать гоблинов.

Однако Энри отказалась от этой идеи.

Она желала во что бы то ни стало отплатить гоблинам за их заботу собственными

силами. Этот поход в каком-то смысле являлся проявлением её благодарности и чувства

собственного достоинства.

//

– Честно говоря, лучше было бы сначала убедиться что в лесу безопасно, и только потом

идти туда с Сестрицей...

Прозвучавший из-за их спин голос принадлежал Дайно, гоблинше-магу.

Она была заклинателем и носила череп гуманоида вместо шлема.

В своих руках она держала посох, сделанный из простой корявой ветви, выше неё самой.

Её тело укутывало экзотическое племенное одеяние, каким-то образом ухитряющееся

подчёркивать маленький бюст владелицы. Лицо выглядело не таким грубым как у её