– Ах, конфеты?! С шампанским? Правильно!

В глазах подруги мелькнула тревога. Однако мысль развивалась в нужном направлении и в следующую секунду Алиска хлопнула себя по лбу:

– Как я раньше не догадалась?

– Где? – взвился Бублик.

– Там в гостиной, возле камина…

Громко топая, Бубликов ринулся в коридор. Мы замерли в нетерпеливом ожидании. Но, как и следовало ожидать от Бубликова, секунд через пять со стороны гостиной раздались горестные вопли:

– Ну, где? Алиска! Я не вижу!

– Вот блин! – плюнула хозяйка, тряся головой. – Опять в трёх соснах заблудился! Как он гостиную-то нашёл, не знаю! Надо было сразу самой идти!

Раздраженно бормоча, она пошла на зов. Я пристроилась следом. Через пару секунд мы увидели озадаченно оглядывающегося Бубликова.

– Да вот же, на столике! – махнула рукой Лиса, повернулась в указанном направлении, и раздражение моментально сменилось растерянностью. – Ой! А где?

***

Обозначенный столик возле камина пустовал, причем явно. На нём даже пыли не наблюдалось.

– Может сама убрала? – робко спросила я, хотя по выражению Лисьих глаз хорошо видела, что это не так. – Может перед уходом быстренько сполоснула бокалы… шампанское в холодильник?! Или когда вернулась? Быстренько…

– Жужу, я про это и не вспомнила больше ни разу как мы уехали… А когда вернулась, то быстренько в кровать бахнулась…

– Погоди, погоди! – встрял Бублик. – Ты прямо в образе бахнулась? В чужом платье?

На лице Находки отобразилась гримаса, символизирующая мучительные воспоминания.

– Нет… нет… Постой… Платье, оно ведь… Ой! – вдруг обрадовавшись, завопила она, – платье-то шофёр забрал! Вместе со мной зашёл, я в халат выпала, а платье ему вернула. Чего мне с чужой вещью возиться? Оно денег, небось, стоит!

Восстановив отдельный пробел в памяти, Лиса явно приободрилась. Сунулась к буфету и, поманив нас, удовлетворенно ткнула пальцем:

– Вот, пожалуйста! Это те самые бокалы. Все на месте. А из этой стопочки Аркадий водку из фляжки пил… И пусть меня повесят, если это я их вымыла…

Однако упомянутой бутылки шампанского, ни пустой, ни полной мы так и не нашли. Коробка конфет, принесенная Алисе гостем, также бесследно исчезла, и оставалось только гадать, кто здесь занимался наведением порядка.

Наконец искать вчерашний день в подружкиной гостиной мне надоело. Окинув взглядом сосредоточенных, а оттого выглядящих безмерно глупо, одноклассников, я начала:

– Знаете, ребята, утро вечера мудренее… Мне завтра…

И тут взгляд отчего-то упал на кресло, стоящее возле углового окна. Висевшая рядом кружевная портьера спускалась почти до полу, вот на этом самом полу я и приметила нечто, совершенно для приличной гостиной чужеродное. Обогнув диван, подошла ближе и пригляделась. Из-под портьеры торчала пробка. И если я хоть что-нибудь смыслю в алкоголизме, пробка от шампанского.

– Твоё? – выпрямилась я, подняв находку.

– Хм! – Алиска встала рядом и, развернувшись к камину, удовлетворенно кивнула, – так и есть! Именно сюда он её и запулил!

– Стой! – заорал вдруг Бублик и кинулся к нам: – Не лапай!

Подскочив, он довольно больно схватил меня за запястье, повернул кисть и осторожно взял пробку за ободок. Скачущий козлом бывший одноклассник производил такое сильное впечатление, что я даже забыла обругать его придурком, а только спросила:

– Что ты собираешься с ней делать?

Он понюхал пробку и, разглядывая так, словно впервые видел нечто подобное, усмехнулся:

– Почему я даже не удивлён, что ты не догадалась?

Алиска фыркнула:

– Сейчас скажешь, что её надо отдать на экспертизу! Глупости! Вот если бы найти конфеты… А засунуть снотворное или что там ещё в закрытое шампанское невозможно…

– Практически невозможно! – парировал Бублик. – Но… можно. Если очень надо.

– А с чего ты взял, что ему очень было надо? – не сдавалась Лиса, которой явно не нравилось мысль, что какое-то время, согласно чужому злому умыслу, её цинично водили за нос. – Вполне мог бы взять бутылку обычного вина, там с пробкой проблем нет!

– Откуда ему знать какое вино ты пьёшь, и пьёшь ли вообще? А от шампанского да ещё в такой обстановке, в бигудях и финтиклюшках, ещё ни одна женщина не отказывалась! Твой любезный знакомец, царство ему небесное, был вовсе не дурак! Скорее всего, ему надо было, чтобы ты помалкивала и ничего про тот вечер не помнила!

– Больно много, как я вижу, Бублик, ты про женщин знаешь! И про бигуди, и про финтиклюшки…

– Конечно! Пока ты там с облаками на палубе качалась, твой Аркадий делал, что хотел, а тебя использовал вместо вешалки!