— Пусти меня! — заорала я, впиваясь ногтями в его предплечье. — Не прикасайся ко мне!

— Ах ты… — зашипел он и, схватив меня, поднял и усадил в ванную.

— Ай! — взвизгнула я, когда тело моё ошпарило струёй горячей воды. Подскочила и попыталась вырвать у него душ, но он направил струю мне прямо в лицо. Рот наполнился водой, глаза защипало. Я вцепилась в его плечо, ухватилась за лейку душа и потянула на себя. Дёрнула, но Алекс толкнул меня обратно на дно ванной. Прижал рукой и, кинув душ рядом, принялся сдирать остатки платья.

— Не трогай меня! — завизжала я и пнула его пяткой. — Я сама в состоянии помыться!

— Дрянь! — отшатнувшись, прорычал он, сжал челюсти и, снова склонившись ко мне, вцепился в платье. Зарычав, я накинулась на него. Била, куда придётся, хотя больше всего мне хотелось расцарапать его наглую физиономию. Кажется, раз я все же попала… Не понимала, что я делаю, но именно сейчас не дать ему меня коснуться было жизненно важным.

— Успокойся! — гаркнул он.

Я посмотрела на него. Лицо его было искажено яростью, глаза напоминали небо в бурю. Я притихла, до боли закусив губу. Ну что ему от меня нужно?! Что?! Что за дурацкая игра?! Что за извращенное желание обязательно меня вымыть?!

Хотя о чём это я… разве мне мог достаться нормальный хозяин? Как Милане, например. У неё есть шанс на достойную жизнь. И Вандор на неё так смотрит… так, что сразу понятно — всё может быть. А я… я пустая. И шансов у меня нет, потому что этот мужчина не из тех, для кого такая, как я, может хоть что-то значить. Я ему лишь для развлечения — самолюбие потешить. Ведь я посмела ему возразить.

Взяв какую-то бутылку, он выдавил содержимое на ладонь и плюхнул мне на голову. Я тут же подобралась, изогнулась и вышибла всё у него из рук. Тряхнула волосами, разбрызгивая шампунь, и зарычала:

— Я тебе сказала — не прикасайся ко мне!

— По нормальному не хочешь? — рыкнул он в ответ. — Хорошо! Сделаем тебе стрижку!

С этими словами он выволок меня из ванной. Ухватив за локоть, протащил через всю комнату, открыл шкафчик под раковиной. Я шипела, пытаясь отодрать его пальцы, но хватка была мёртвой. В руках его появились ножницы. Этот сукин сын собирается обрезать мне волосы?! Он на мгновение разжал пальцы, но этой секунды мне хватило, чтобы вырваться. Я резким движением вырвала у него ножницы и отпрянула в сторону. По всей видимости не ожидавший от меня такой прыти, Алекс уставился на меня удивленно. Взгляд его упал на ножницы, которые я выставила перед собой словно они могли меня защитить, а после посмотрел мне в глаза и… улыбнулся.

— И что ты будешь делать? — спросил он, будто бы расслабленно, но я видела в его глазах звериный блеск. И этот вопрос поставил меня в тупик. Я ведь и правда не знала… Снова попытаться ударить его? Не выйдет. По глазам его вижу — не выйдет. Да и потом убежать не успею. Мне не выбраться их этого дома живой.

— Я сама, — прохрипела я, пытаясь удержать слезы.

— Сама? — все тем же тоном спросил он.

Сукин ты сын! Будь ты проклят! Громко всхлипнув, дрожащей рукой взяла прядку волос, и в следующее мгновение она оказалась на кафельном полу. Я выдохнула и взялась за следующую, с другой стороны. А потом снова и снова. Он продолжал молча наблюдать за мной, а я, захлебываясь слезами, обрезала волосы.

Когда все было кончено, я провела дрожащей рукой по голове. Он усмехнулся. Оценивающе глянул на меня. Я швырнула ножницы на пол, признавая поражение, и он тут же снова схватил меня за руку. Толкнул к раковине. Пальцы Алекса легли на мою шею. Он надавил — не сильно, но так, что я замерла. Подняла взгляд. Он смотрел прямо мне в глаза. Искрящееся грозовое небо… с молниями и громом. С серыми тучами, хлёсткими струями дождя и россыпью серебристых бриллиантов.

— Малейшая глупость, — склонившись ко мне, проговорил он негромко, бархатным… слишком бархатным голосом. И оба мы прекрасно понимали, о чём он. — Ты меня достала, Стэлла.

Оказывается, он знает моё имя… Я выдохнула. Вторая его рука скользнула по моему боку к бедру, потом по животу. Обрисовав пальцами мой пупок, он опустил ладонь ниже и резко, сильно сжал промежность. Я не сопротивлялась, если он хочет меня, что же… в конце концов, разве не для этого я здесь? И все же… Я ведь не знала, какой он, не знала, что он сделает со мной. В моей жизни было столько всего, но этот мужчина пугал меня своей звериной энергией, своей мощью, своими серебристыми глазами.

— Вот молодец, — уголок его рта дрогнул в усмешке. В следующий миг он резко вогнал в меня два пальца и с ходу начал трахать. Я вскрикнула. Пальцы его двигались резко и быстро, а я была совсем не готова к этому. Спрятаться… Боже, мне нужно спрятаться! Я попыталась найти в своём сознании хоть какое-то укромное местечко. Воспоминания, связанные с чем-то тёплым. Уголок, где нет боли. Спрятаться…

Пальцы его вонзились так глубоко, что я приподнялась на носочки. Спрятаться… Только спрятаться не получалось. Я не понимала, что происходит, но сознание отказывалось подчиняться мне. И это было страшно. Потому что если я не смогу… Я с ума сойду!