Решение пришло мгновенно, заглушив недавний страх. Оставив на полу миску и свечу, Верна торопливо полезла наверх.

Под окнами кто-то ходил. С улицы раздавались шаги и голоса. Где-то звучали команды, отдаваемые хорошо поставленным, но злым и хриплым от усталости голосом. Слышался людской гомон. Где-то что-то упало. Громко хлопнула чья-то дверь, послышался визгливый женский голос:

— Нет. У нас ничего нет.

Захлопнув крышку подпола — догадалась не стукнуть, а просто опустить — и набросив на нее край старого половика, Верна метнулась к окну, но тут же отпрянула, заметив в проходе между домами черно-красные плащи и шламы-полумаски, скрывающие лица.

Чистильщики.

Подобные облавы на улицах рабочих кварталов были не редкость. Бригады обходили квартал за кварталом, проверяя дом за домом. Соседям не было нужды вызывать их — они являлись сами. Просто потому, что настала очередь. Последний раз чистильщики посещали Кейт-стрит, когда Виктор только-только устроился на работу в «Макбет Индастриз». Тогда забрала Майкла Петерса. И вот теперь…

Стук в дверь прервал ее мысли. Облава дошла до нее.

— Эй, миссис…

Можно было притвориться, что никого нет дома, но было поздно — ее заметили. Верна испугалась, заметалась по комнате, не зная, за что хвататься.

Стук в дверь заставил ее замереть на месте.

— Эй, вы там? Королевская служба очистки. Отворяйте.

На негнущихся ногах женщина добралась до двери. В голове шумело. Но не открыть нельзя. С чистильщиков при исполнении станется и дверь выбить. И уж тогда они не остановятся ни перед чем, чтобы не перерыть ее дом сверху донизу.

Чистильщик был не один. За спиной худого типа в длинном плаще с полумаской на лице — так когда-то одевались чумные доктора — маячили два ловца с сетями и пулеметами.

— Плановая проверка, — холодно изрек чистильщик. — Имя?

— Миссис Джордж Чес. Верна Чес. Я вдова.

— Живете одна? — он сделал шаг, собираясь пройти в дом, и Верна невольно отступила.

— Э-э…да, то есть…

— Кто еще проживает? — чистильщик исподлобья окинул взглядом комнату.

— Сын. Только он… его сейчас нет. Он… на работе… То есть, он нанялся матросом… уплыл в Вест-Индию… недавно. Еще его вещи кое-какие остались…

— Ясно. Больных нет?

— Нет. Я…

— Зараженных? Подозрительных?

— Нет. Я живу одна. Даже никому угла не сдаю.

— Ясно.

Чистильщик сделал еще шаг, оказавшись в комнате. Миссис Чес не успела отступить и невольно услышала из-под маски характерное сопение. Он…принюхивается? А что, если чистильщик сможет учуять запах, который сочится из подвала? Что он вообще может, этот чистильщик? Почему он прячет лицо под маской? Кто он такой?

Он сделал еще один шаг, слегка пригнулся, словно впрямь что-то унюхал.

— Что вы ищете? — не выдержала Верна. — У меня ничего нет. И ко мне давно никто не приходил…

Чистильщик посопел носом под маской. От волнения и страха женщине показалось, что шевелится именно его маска — кончик искусственного носа слегка зашевелился, словно хоботок.

— Что это?

— Вы про запах? Это… клопы… я клопов травила, — поспешила отвести подозрения женщина. — Их так много развелось… еще и тараканы… житья нет. В лавку ходила, за отравой, только-только перед вашим приходом все травила, поэтому открывать не хотела. Это клопы…

— Значит, вы живете одна, миссис Верна Чес? — голос из-под маски казался безжизненным и зловещим. Чистильщику явно не было дела до ее проблем.

— Да. С недавних пор, одна. Сын уехал. Обещал написать… как только приплывет в Вест-Индию…а я…

— На каком корабле отплыл ваш сын?

Верне показалось, что он ее разгадал. Откуда ей было знать, какие корабли и куда отходят из порта? Она даже близко к гавани не подходила. И газет не читает, чтобы там узнать новости… и вообще, в ее мире не принято интересоваться тем, что находится за его пределами.

Газеты… что там кричали мальчишки-газетчики на перекрестке?

— «Принц Рудольф», — вспомнила она. — Кажется, такое название… Сын так мечтал… увидеть дальние страны…

— Принц, значит… — чистильщик кивнул, склонив голову набок, словно ответ его совсем не занимал. Помолчал, еще раз окинул взглядом комнату и попятился. — Будьте здоровы.

В свете того, какая болезнь интересовала этого человека, пожелание звучало зловеще.

Заперев за страшными гостями дверь, Верна без сил привалилась к ней, переводя дух. Сердце стучало где-то в горле.

К ним приходил чистильщик, и он вел себя так, что становилось понятно — про едкий запах он знал прекрасно и наверняка отличал «аромат» мутантов от вони отравы для насекомых. Кроме того, где это видано, чтобы в бедняцких кварталах травили блох, тараканов и клопов?