– Как будто есть фабрики, выпускающие бесплатный товар, - сказал Байрон.

– А про товар в кредит ты что, не знаешь?
– Джесс презрительно сощурил глаза.
– Можно подумать, ты ведешь счет каждому центу, который даешь своей Даллас? Небось, даешь то пятерку, то десятку лишнюю, так же, как я. Ты хоть не делал первого взноса, зато с тебя возьмут по двадцать долларов в неделю в продолжение всей твоей жизни. А то и больше. Таким образом, ты за любую вещь в конце концов выплатишь.

Я робко добавил:

– Я вот у себя дома и половины тех вещей не вижу, на которые Эйприл просила у меня деньги.

Нас сердито оборвал Байрон:

– Мы с вами достаточно богаты, чтобы себе это позволить. К тому же если бы не Даллас, у меня и не было бы столько. Хорошая жена стоит любых Денег.

– Пусть так, - примирительно сказал док, - но можем ли мы позволить себе другое - бесплодие? Разумеется, ты, он или я, мы обойдемся без детей. А если взять город, нацию, расу?
– Он оглядел нас без улыбки.
– Если не продолжится род Уинслоу, большого урона не будет. Но Неошо умирает. И Соединенные Штаты тоже. Падает рождаемость. Специалисты считают это естественным после рекордных цифр сороковых и пятидесятых годов, но объясните катастрофический процент рождаемости количеством приезжих девиц из Пассейка, и все будет ясно, как дважды два.

– Очень глупо!
– возразил Марв.
– Никакой бизнес не может сам уничтожать свой рынок сбыта.

– Именно может, коль скоро он для этого создан.

– Неужели красные?
– с сомнением пробормотал Байрон.
– Да нет! На этот счет давно спокойно. У них свои заботы.

– В том числе такие же, как у нас: падение рождаемости, - сказал док.

– И если бы так, это было бы уж давно раскрыто ФБР, - сказал я, чтобы охладить фантазию моих друзей.

– Точно, - подтвердил Джесс.

– Тогда объясни, как ты это понимаешь, Джесс, - попросил Марв.

За Джесса ответил док:

– Мне кажется, Джесс намекает, что правительство планирует падение рождаемости.

– Ну нет, это было бы слишком, - Джесс посмотрел на него с прищуром. Но наш город обречен. За двадцать лет ни одна местная девушка не вышла замуж, а только эти - из Пассейка. И за последние пять лет в нашем городе родился лишь один ребенок, у Мак-Даниелс, когда ей было почти сорок.

– Ты это серьезно?

Джесс вытер потные ладони скомканным носовым платком.

– Мне страшно.
– По тону можно было ему поверить.

Марв сказал сдавленным голосом:

– Ты всех нас напугал, Джесс. Продолжай, раз начал. Все равно мне нынче не уснуть.

Джесс глотнул воздуха и договорил:

– Похоже, что кто-то ликвидирует... человечество.

– Как так?

На это ответил док:

– Ученые делают стерильных женщин и такого высокого качества, что люди уже не желают жениться на других. Тем более что отцовский инстинкт - не врожденный. До женитьбы он у нас практически отсутствует. Для холостяка чужой ребенок нечто похуже черта. Но вот холостяк женился. Если он согласится иметь детей, так только потому, что это нужно. А вовсе не потому, что он этого жаждет.

Но Джесс, разведя руками, повторил:

– Нас ликвидируют. Помните, лет тридцать назад, в пятидесятых годах, многие божились, будто видели летающие блюдца. Лотом уж перестали. А я сегодня могу поверить, что, может, марсиане, а может, венерианцы явились на Землю и построили эту фабрику в Пассейке. И тем обрекли нас на самоубийство.

– Зачем им это надо?
– спросил Байрон.

– Затем, что Земля - довольно выгодный кусок недвижимости, - ответил ему Джесс.
– Водопровод, центральное отопление, хороший воздух. Вот они там и создали производство, устроив так, что сами жертвы его финансируют и способствуют росту. И венерианцы ждут своего часа. Лет через сто, а может, и меньше они явятся на Землю и завладеют всем, а бывшие владельцы исчезнут с лица Земли. Выгодно, просто и дешево. Не то что война.

– Если нас хотят уничтожить, почему же правительство не принимает мер?
– сказал Марв.

Мы все уставились на Лижа. Наш сенатор до сих пор не промолвил почти ни слова. Но сейчас он заговорил, тихо и размеренно:

– Даже если это правда, что может сделать правительство? Допустим, оно тебе скажет, Марв, что твоя Кенди - это оружие нападения, ты наверняка посмеешься, а может, рассердишься и будешь голосовать за другое, не такое идиотское правительство. А если власти предложат тебе избавиться от Кенди, тогда им - прощай, Вашингтон!

– Надо полагать!
– бодро отозвался Марв.

– С другой стороны, если правительство прикажет закрыть фабрику в Пассейке и прекратить выпуск всех этих кенди, ким, чучу и прочих, девяносто девять шансов против одного, что кто-нибудь оповестит венерианцев: дескать, план номер один провалился, приступайте к выполнению номера два. И второй номер может оказаться куда более страшным. С расой, которая умеет изготовлять женщин по науке, таких, которые годятся для всего, кроме материнства, как, например, моя Ким, с такой расой я не хотел бы начинать войну.