Удивительно, но тело принадлежало бледнолицему, а не негру, возраст тела был, примерно, лет двадцать, может, чуть больше.

— Будешь восстанавливать? — спросила Эстрид. — Слишком много работы, а у тебя и так есть отличные кандидаты в некрохимероиды.

— Судя по всему, его кто-то особо сильно ненавидел, раз проделал с его телом такое… — произнёс я, готовясь наложить на голову трупа «Мёртвый стазис». — Это предполагает, что мёртвый что-то умел, необязательно что-то полезное нам, но всё же…

— Как знаешь, — вздохнула Эстрид. — Но я бы не стала…

Ветки не выдержали веса трупа, из-за чего тело съехало вниз, ударившись головой об землю. От удара открылись мёртвые глаза — ярко-фиолетовая радужка, без пятен Лярше, то есть абсолютных признаков смерти. Но самое главное — кровь ещё даже не начала сворачиваться, поэтому смерть можно считать очень недавней. Нужно торопиться.

Наложил заклинание на мёртвую голову и стащил покойника с куста. Одежда на нём минималистичная — чёрная роба, нательное бельё в виде тряпки с верёвкой, а обуви нет. Значит, труп освободили от всего ценного и скинули в разрыв пространства.

Волосы на голове светлые, короткие.

— Фиолетовые глаза… — произнесла Эстрид. — Никогда такого не видела… Но что-то это мне напоминает… Откуда-то из учебников…

Блядь.

— Огонь из всего, что у тебя есть!!! — заорал я, вытаскивая пистолет Макарова из поясной кобуры.

Серия из трёх выстрелов прямо в голову, затем четыре иглы смерти, а после остаток магазина пистолета в область шеи. И хрен это поможет…

Теперь я понимаю, почему «глумились» над трупом — они как-то вырубили вендиго, но рубить на куски и сжигать не рискнули, решив сплавить свою головную боль в другой мир.

— Огонь по нему! Огонь!!! — кричал я, в ритме эпилептического припадка пуская иглы смерти. — На помощь, блядь!!! Тащите мушкеты!!!

Тренирующиеся на площадке немёртвые побежали к нам, но, судя по всему, уже поздно.

Вендиго начал оживать, постепенно возвращая себе контроль над телом.

— Отступай и открывай учебник! — приказал я Эстрид. — Я почти нихрена не помню, что там было!

— Хорошо! — некромистресс начала отступать.

А я палил иглами смерти с двух рук, всерьёз раздумывая рискнуть и попробовать заклинание из школы огня.

Вендиго — это лютый мозготрах, обычно возникающий там, где очень хреново жить. На планете Земля о них остались лишь легенды, а может, их и не было у нас никогда, но ноосферы параллельных миров склонны делиться друг с другом значимой для них информацией, поэтому в наши мифы и легенды проникли ужасы других миров… не знаю. Но в учебнике по некромантии уровня магистра был небольшой каталог порождений ужаса, с которыми некромантам лучше не связываться. Вендиго там не на первом месте, но держит уверенное девятое место. То есть не связываться рекомендуют учащимся, имеющим академическую степень магистра некромантии, а не самоучкам, топчущимся на одном месте…

Что такое «вендиго»? Вендиго — это не мертвец, это не голем, не химера или некрохимера. Это очень заразное проклятье, от которого никак не избавиться. Формируется тогда, когда каннибализм встречается с тёмными искусствами. Причём не тот каннибализм, когда совсем нечего есть, и другого выхода просто нет, а каннибализм другого рода, то есть намеренный, без веской на то необходимости, побуждённый человеконенавистничеством или иными психическими отклонениями. И тёмные искусства тоже нужны другого калибра, те, о которых только упоминается в учебниках по некромантии, с предупреждением, что ответственность за последствия целиком на том, кто пользуется этой дрянью.

В общем, работает это так: возникает культ форменных долбоёбов, желающих получить дармовую силу за чей-то счёт. У них должна быть какая-то магическая база, то есть они получили достаточное образование, чтобы суметь использовать довольно сложные ритуалы и заклинания из категории «Б», очень близкие к снаффу (1). Они похищают людей, отрабатывают технологии и готовятся к длительной серии ритуалов, крайне мучительной для их жертв.

И вот, когда всё готово, эти долбоящеры начинают проводить ритуалы, чтобы стать сильными, чтобы у них пипка была не два с половиной сантиметра, а, хотя бы, пять, что есть качественный рост аж в два раза. Человеческие жертвы, каннибализм, отвратительные ритуалы, а потом вендиго, в которого превратилась одна из замученных жертв, встаёт и говорит: «Здорова, отец!»

Тогда-то и начинается самое интересное. Культисты отлетают всем составом прямо в ад, если говорить теологически, или оказываются в бездонных кишках вендиго, если говорить материалистически. И ладно бы, успокойся вендиго после отмщения. Но его цель не месть. У него вообще нет никаких целей, кроме как набить бездонные кишки человеческим мясом. Кишки буквально бездонные, потому что переваривается максимум полтора процента поглощённого, а остальное, прямо как есть, выталкивается в окружающую среду крупными кусками.