Ему я на самом деле могу довериться! И ведь я сама хотела все объяснить и просить помощи и совета?

Коротко пересказываю вчерашний день. Без лишних подробностей, таких как поцелуй на кухне и в коридоре дома Егора.

– Значит, он узнал о Матвее? Почему ты думаешь, он захочет его отобрать?

– Он отобрал у бывшей жены дочь.

– Да. Но ты забываешь, кто был отец этой жены. Аристарх Зимин. Там у Стенина была прямая выгода.

– Какая?

– Деньги, рычаги давления на бывшего тестя, который оказался в сложной финансово-юридической ситуации. Ты же знаешь, что Зимина обвинили в махинациях с ценными бумагами, что у двух его банков отозвали лицензии? И футбольный клуб ему пришлось продать, и вообще…

– Вы думаете, мне не стоит бояться, что Егор заберет Матвея?

– А ты его отдашь?

– Вы с ума сошли? Ой, извините…

Дворжецкий усмехается, неожиданно берет меня за руку, поглаживает.

– Вот и ответ. Он может попытаться, да, но ведь ты за сына будешь драться как львица?

– Конечно буду! Но…

– Что, «но»? Ты… ты все еще влюблена в него?

– В кого? – я понимаю, что дико краснею. Отнимаю руку.

– Я понимаю, Вита, он знаменитость, красивый парень, такой может вскружить голову…

– Он идиот. Я его… нет, не ненавижу. Не чувствую ничего. Он пустое место.

– Если бы это было так, ты не отвечала бы с таким жаром. – Денис Александрович снова усмехается.

– Но я правда не хочу иметь с ним ничего общего! Я жалею, что приехала! Я ведь знала, что тут могу с ним встретиться! Все так по-дурацки вышло…

– Ну и что, что встретила? Из-за какого-то кретина всю жизнь прятаться? Ты красивая женщина, сидеть в провинции копейки считая – это не твое.

– Я не считала копейки! Вы мне хорошо платили.

– Спасибо. Я обещал твоей матери позаботиться о тебе, так что…

Я судорожно всхлипываю.

– Успокойся. Скажи, что ты намерена делать?

– Я не знаю. Мы договорились встретиться завтра и все обсудить. А он приехал сегодня и…

– И?

– Сказал, что ему нужна жена.

Дворжецкий меняется в лице. В его чертах появляется жёсткость, которую я в нем почти никогда не вижу.

Жена, значит? Ишь, быстрый…

Я неожиданно понимаю, что, возможно сама спровоцировала Егора на подобное предложение.

– Просто… я вчера сказала ему, что выхожу замуж.

– Что? – мой шеф явно потрясен. – Ты… ты замуж собралась? Почему я об этом не знаю?

У меня мелькает мысль – зачем ему это знать? Но я тут же ее прогоняю. Дворжецкий не просто мой начальник, он друг, и, конечно, я должна была бы с ним поделиться, если бы замуж собралась реально… Мало того, я попросила бы его быть посаженным отцом на моей свадьбе!

А теперь, получается, он может решить, что я что-то скрываю?

– Никуда я не собралась! Я его обманула.

– Кого?

– Егора… Стенина. Я просто подумала - если скажу о том, что я не одна он не будет приставать.

– А он приставал?

Опять мучительно краснею. Не могу же я сказать – да, приставал? И…

И до сих пор при воспоминании о поцелуе Егора губы покалывает.

– Значит, приставал… Так, ясно. И что ты делать будешь?

– А что я могу? Придется признаться, что жениха нет! Не из-под земли же я его достану?

– Нет уж, зачем же… Рано ему под землю.

– Что? – я во все глаза смотрю на шефа, понимая, что он явно что-то придумал.

– Я буду твоим женихом.

– Вы? – наверное именно так называется, когда глаза из орбит вылезают, потому что мои точно вылезли!

– Сыграю роль. Перед Стениным.

– Но… зачем это вам? – я реально не понимаю! Нет, я понимаю, что Дворжецкий готов помочь, потому что он хорошо ко мне относится, и вообще, но… притворяться моим будущим мужем? Не слишком ли?

– Допустим я не хочу потерять ценного сотрудника?

– Да, но… я ведь не собираюсь увольняться?

– Если станешь женой Стенина – уволишься.

– Я не стану его женой!

– Не станешь, потому что станешь моей. Фиктивно. Ну, то есть… Пока сыграем в жениха и невесту, а там посмотрим.

– На что… - я просто в шоке! – на что посмотрим?

– Ну, может и правда понравимся друг другу, поженимся.

Он… шутит? Смеется надо мной? Нет, Дворжецкий, конечно, не женат, но я знаю, что у него есть постоянная женщина, красивая, ухоженная бизнесвумен лет сорока…

– Виталина! Ну, сделай лицо попроще! Я пошутил!

– Извините, я… просто второй день в каком-то аду.