Не вспомнишь?

И все же ты недаром прожил век:

Твои стихи, тебя зовет на помощь

Тебя похоронивший человек.

Не родственник, ты был ему родимым,

Он будет продолжать с тобой дружить

Всю жизнь, и потому необходимо

Еще настойчивей, еще упрямей жить.

И новый день встречая добрым взглядом,

Брось неподвижность и, откинув страх,

Поэзию встречай с эпохой рядом

На всем бегу,

На всем скаку,

На всех парах.

И вспоминая молодость былую,

Я покидаю должность старика,

И юности румяная щека

Опять передо мной для поцелуя,

1957.

ИСКУССТВО

Венера! Здравствуй! Сквозь разлуки,

Сквозь лабиринты старины

Ты мне протягиваешь руки,

Что лишь художнику видны.

Вот локоть, пальцы, тонкий ноготь,

Совсем такой, как наяву…

Несуществующее трогать

Я всех товарищей зову.

Сквозь отрочество, сквозь разлуки,

Сквозь разъяренный динамит

Мечта протягивает руки

И пальчиками шевелит.

Зовет: «Иди ко мне поближе,

Ты не раскаешься, родной!

Тебя с собой я рядом вижу

На фотографии одной —

На красном фоне канонады,

На черном — прожитых ночей

И на зеленом фоне сада

В огне оранжевых лучей.

Давай с тобою вместе будем!

Сквозь кутерьму идущих лет

Давай с тобой докажем людям,

Что есть мечта и есть поэт!»

1957.

БАСНЯ

Было так — легенды говорят, —

Миллиарды лет тому назад

Гром был мальчиком такого-то села,

Молния девчонкою была.

Кто мог знать — когда и почему

Ей сверкать и грохотать ему?

Честь науке — ей дано уменье

Выводить нас из недоуменья.

Гром и Молния назначили свиданье

(Дата встречи — тайна мирозданья).

Мир любви пред ним и перед ней,

Только все значительно крупней.

Грандиозная сияла высь,

У крылечка мамонты паслись,

Рыбаков артель себе на завтрак

Дружно потрошит ихтиозавра.

Грандиозная течет вода,

Грандиозно все, да вот беда:

Соловьи не пели за рекой

(Не было же мелочи такой).

Над влюбленными идут века.

Рановато их женить пока…

Сквозь круговорот времен домчась,

Наступил желанный свадьбы час.

Пили, кто знаком и незнаком,

Гости были явно под хмельком.

Даже тихая обычно зорька

Всех шумней кричит фальцетом: — Горько!

Гром сидит задумчиво: как быть?

Может, надо тише говорить?

Молния стесняется — она,

<