— Там наши, — пробормотал я, — Скотт с остальными…

— То есть, теперь не я один буду страдать от этой язвы? — поинтересовался Вайскез, рывком делая в воздухе петлю и заводя машину носом к проему, — Закройте окна, тут протекает! — с веселой усмешкой произнёс парень, разгоняя кар.

— А я ещё говорил, что я психованная! — возмутилась Наталья, одной рукой вцепившись в поручень, а другой держа за цевье винтовку.

Спустя мгновение наша машина пролетела через поток воды, ударившись днищем о выступающий кусок бетона, а затем вырвалась уже под прозрачный купол музея, где шел бой.

— Начали! — кивнул я Берроуз, открывая створку двери.

Девушка сразу же взяла винтовку на изготовку, а я — лучемет, нашедшийся в этом же каре.

Стрелять по спецназовцам зажавшим Вейло мы начали одновременно. Правда, периодически приходилось переключаться и на вторую, куда меньшую группу, что засела между экспонатами музей у главного входа. Само помещение уже не выглядело таким помпезным, как на голограммах. Ожесточенная перестрелка, чередующаяся с бросанием гранат, не красит ни одно место.

— Кэп, вы вовремя, раздался из динамика планшета голос Скотта, — Советую подобрать нас и сматывать. По трофейной рации мы узнали о приближающемся подкреплении.

Подумав, я схватил контейнер с баллонами газа для винтовок и, бросив его в сторону большой группы, выпустил длинную очередь. Почти сразу раздался взрыв, накрывший своим пламенем СИБовских боевиков. Вторая группа на время прекратила стрельбу, отступая к выходу. Увидев это, Зак развернул кар боком к ним, давая мне с Натальей возможность начать стрелять.

— Огонь, — произнёс я для замешкавшей Натальи.

Девушка отреагировала почти сразу, принявшись стрелять по спецназовцам. А я старался бить короткими очередями, не давая им двигаться. Так продолжалось несколько минут, за которые Вейло и Скотт успели подбежать к бортику бассейна и спрятаться за ним. Фирс же оставался на своей позиции, ведя огонь по СИБовцам оттуда.

— Капрал! — вызвал его Скотт, — Немедленно вниз!

— Есть, — тут же отреагировал Фирс, прекратив стрельбу и бросаясь к лестнице, — Я думал, что мы их добьем!

— Скоро их станет очень уж много… Шевели копытами, пока не дал смесь слабительного с горчицей!

— Это жестоко, командир!

— Бегом, твою мать!

Не вникая в перепалку между офицером и капралом, я продолжал стрелять. Однако, что-то заставило меня резко обернуться и, вскинув лучемет, выстрелить через окно второй дверцы. Уже в следующее мгновения стало видно, что на одном из балкончиков стоял спецназовец с реактивным гранатометом.

— Парни, шевелите жопами! — крикнул я в микрофон планшета, — Ублюдки приволокли тяжелые игрушки!

Прыгая через две-три ступеньки, едва удерживаясь от падения, капрал бежал вниз по лестнице. Дурное предчувствие, что грызло мужчину в последние недели, кричало, что сегодня он умрет. Неизвестно откуда взявшееся знание грызло душу и терзало разум. Впрочем, встретить свою смерть Фирс был готов.

За годы и десятилетия своей жизни он побывал во многих местах и убил очень многих. Ему даже платили за это удовольствие — возможность безнаказанно убивать. Например, чиновников на мятежных планетах. Жизнь десантника была яркой. В чем-то горькой и болезненной, а в чем-то радостной и приятной. Он гордился ею, не жалея ни о чем. По большому счету, Фирс успел сделать за свою жизнь всё, о чем мечтал. Повидал другие миры, насладился возможностью убивать, получил ордена и медали… У него даже где-то дети есть… Наверное. Во всяком случае, должны быть, поскольку мужчина не стеснялся добиваться женской благосклонности, потом исчезая в бездне космоса на очередной высадке.

Брошенный в сторону заднего входа в здание взгляд заставил мужчину замереть на месте, вскинув винтовку. Неизвестно откуда взявшиеся боевики СИБ стояли с реактивными гранатометами с двух сторон разгромленной стойки администратора, упав на одно колено. Один из них целился в кар, а второй в капрала.

Тренированный разум десантника мгновенно оценил ситуацию. У него есть время только на один выстрел. Он даже не успеет спрыгнуть с лестничного пролета…

Перед глазами Фирса не проносилась жизнь, не появлялись чьи-то лица… Лишь пустота в груди понимание неизбежности выбора. Одна его жизнь против жизней пятерых человек. Для любого военного, что посвятил себя служению Родине, выбор очевиден.

Руки сами направили ствол винтовки в спецназовца, целившегося в кар, а палец надавил на курок. Выстрел оказался удивительно точным. СИБоцву попросту разорвало голову, на которой были лишь черная форменная кепочка и тяжелая гарнитура. В это же мгновение его напарник выстрелил в капрала из своего гранатомета и мир замер.

Тело ещё пыталось сдвинуться с места, преодолевая сопротивление неожиданно густого воздуха, но снаряд, оставляющий за собой густой дымный след, был быстрее. Он попал точно под ноги капрала, а затем голубая вспышка плазменного взрыва поглотила десантника.