UR.ANUS
Сочинения
вернуться

Высоцкий Владимир Семенович
Шрифт:

Песня автозавистника

Произошел необъяснимый катаклизм:Я шел домой по тихой улице своей —Глядь, мне навстречу нагло прет капитализм,Звериный лик свой скрыв под маской «Жигулей»!Я по подземным переходам не пойду:Визг тормозов мне — как романс о трех рублях, —За то ль я гиб и мерз в семнадцатом году,Чтоб частный собственник глумился в «Жигулях»!Он мне не друг и не родственник —Он мне — заклятый враг, —Очкастый частный собственникВ зеленых, серых, белых «Жигулях»!Но ничего, я к старой тактике пришел:Ушел в подполье — пусть ругают за прогул!Сегодня ночью я три шины пропорол, —Так полегчало — без снотворного уснул!Дверь проломить — купил отбойный молоток,Электродрель, — попробуй крышу пропили!Не дам порочить наш совейский городок,Где пиво варят золотое «Жигули»!Он мне не друг и не родственник,Он мне — заклятый враг, —Очкастый частный собственникВ зеленых, серых, белых «Жигулях»!Мне за грехи мои не будет ничего:Я в психбольнице все права завоевал.И я б их к стенке ставил через одногоИ направлял на них груженый самосвал!Но вскоре я машину сделаю свою —Все части есть, — а от владения уволь:Отполирую — и с разгону разобьюЕе под окнами отеля «Метрополь».Нет, чтой-то екнуло — ведь части-то свои! —Недосыпал, недоедал, пил только чай…Все, — еду, еду регистрировать в ГАИ!..Ах, черт! — «москвич» меня забрызгал, негодяй!Он мне не друг и не родственник,Он мне — заклятый враг, —Очкастый частный собственникВ зеленых, серых, белых «москвичах»!

Песня автомобилиста

Отбросив прочь свой деревянный посох,Упав на снег и полежав ничком,Я встал — и сел в «погибель на колесах»,Презрев передвижение пешком.Я не предполагал играть с судьбою,Не собирался спирт в огонь подлить, —Я просто этой быстрою ездоюНамеревался жизнь себе продлить.Подошвами своих спортивных «чешек»Топтал я прежде тропы и полы —И был неуязвим я для насмешек,И был недосягаем для хулы.Но я в другие перешел разряды —Меня не примут в общую кадриль, —Я еду, я ловлю косые взглядыИ на меня, и на автомобиль.Прервав общенье и рукопожатья,Отворотилась прочь моя среда, —Но кончилось глухое неприятье —И началась открытая вражда.Я в мир вкатился, чуждый нам по духу,Все правила движения поправ, —Орудовцы мне робко жали руку,Вручая две квитанции на штраф.Я во вражду включился постепенно,Я утром зрел плоды ночных атак:Морским узлом завязана антенна…То был намек: с тобою будет так!Прокравшись огородами, полями,Вонзали шила в шины, как кинжал, —Я ж отбивался целый день рублями —И не сдавался, и в боях мужал.Безлунными ночами я нередкоПротивника в засаде поджидал, —Но у него поставлена разведка —И он в засаду мне не попадал.И вот — как «языка» — бесшумно снялиПередний мост и унесли во тьму.Передний мост!.. Казалось бы — детали, —Но без него и задний ни к чему.Я доставал рули, мосты, колеса, —Не за глаза красивые — за мзду.И понял я: не одолеть колосса, —Назад — пока машина на ходу!Назад, к моим нетленным пешеходам!Пусти назад, о, отворись, сезам!Назад в метро, к подземным пешеходам!Разгон, руль влево и — по тормозам!…Восстану я из праха, вновь обыден,И улыбнусь, выплевывая пыль:Теперь народом я не ненавидимЗа то, что у меня автомобиль!

{Валентину и Светлане Савич}

У меня друзья очень странные,С точки зрения остальных,И я слышу речи пространные,Что я с ними пью на троих.Но позвольте самомуРешать: кого любить, идти к кому…Но право, все же лучше самому.Валентин у меня есть со Светою,Что владеет всем царствием касс.На предостережения не сетуюИ опять не пеняю на вас.Но позвольте мне тогдаРешать: куда идти, когда —Право, лучше самому навсегда!

1972 год

x x x

Мажорный светофор, трехцветье, трио,Палитро-палитура цвето-нот.Но где же он, мой «голубой период»?Мой «голубой период» не придет!Представьте, черный цвет невидим глазу,Все то, что мы считаем черным, — серо.Мы черноты не видели ни разу —Лишь серость пробивает атмосферу.И ультрафиолет, и инфракрасный —Ну, словом, все, что «чересчур», — не видно, —Они, как правосудье, беспристрастны,В них — все равны, прозрачны, стекловидны.И только красный, желтый цвет — бесспорны,Зеленый — тоже: зелень в хлорофилле.Поэтому трехцветны светофоры —Чтоб проезжали и переходили.Три этих цвета — в каждом организме,В любом мозгу, как яркий отпечаток.Есть, правда, отклоненье в дальтонизме,Но дальтонизм — порок и недостаток.Трехцветны музы, но, как будто серы,А «инфра», «ультра» — как всегда, в загоне, —Гуляют на свободе полумеры,И «псевдо» ходят как воры в законе.Все в трех цветах нашло отображенье,Лишь изредка меняется порядок.Три цвета избавляют от броженья —Незыблемы, как три ряда трехрядок.

x x x

И сегодня, и намедни —Только бредни, только бредни,И третьего тоже дниСнова бредни — все они.

x x x

Поздно говорить и смешно —Не хотела, ноЧто теперь скрывать — все равноДело сделано…Все надежды вдругВыпали из рук,Как цветы запоздалые,А свою весну —Вечную, одну —Ах, прозевала я.Весна!.. Не дури —Ни за что не пей вина на пари,Никогда не вешай ключ на двери,Ставни затвори,Цветы — не бери,Не бери да и сама не дари,Если даже без ума — не смотри, —Затаись, замри!Холода всю зиму подряд —Невозможные, —Зимняя любовь, говорят,Понадежнее.Но надежды вдругВыпали из рук,Как цветы запоздалые,И свою весну —Первую, одну —Знать, прозевала я.Ах, черт побери,Если хочешь — пей вино на пари,Если хочешь — вешай ключ на двериИ в глаза смотри, —Не то в январиПодкрадутся вновь сугробы к двери,Вновь увидишь из окна пустыри, —Двери отвори!И пой до зари,И цветы — когда от сердца — бери,Если хочешь подарить — подари,Подожгут — гори!

x x x

Снег удлинил в два раза все столбы,А ветер сбросил мощь свою со счетовИ не сметает снежные грибы,Высокие, как шапки звездочетов, —Ни с указателей верст,Ни с труб, ни с низеньких кочек,Как будто насмерть замерзИ шевельнуться не хочет.

В лабиринте

Миф этот в детстве каждый прочел —Черт побери! —Парень один к счастью пришелСквозь лабиринт.Кто-то хотел парня убить —Видно, со зла,Но царская дочь путеводную нитьПарню дала.С древним сюжетомЗнаком не один ты:В городе этом —Сплошь лабиринты,Трудно дышать,Не отыскатьВоздух и свет.И у меня дело неладно —Я потерял нить Ариадны…Словно в час пикВсюду тупик, —Выхода нет!Древний герой ниточку туКрепко держал,И слепоту, и немоту —Все испытал,И духоту, и чернотуЖадно глотал.И долго руками одну пустотуПарень хватал.Сколько их бьется,Людей одиноких,Словно в колодцахУлиц глубоких!Я тороплюсь,В горло вцеплюсь —Вырву ответ!Слышится смех: "Зря вы спешите:Поздно! У всех — порваны нити!"Хаос, возня —И у меняВыхода нет!Злобный король в этой странеПовелевал,Бык Минотавр ждал в тишинеИ убивал.Лишь одному это дано —Смерть миновать:Только одно, только одно —Нить не порвать!Кончилось лето,Зима на подходе,Люди одетыНе по погоде —Видно подолгуИщут без толкуСлабый просвет.Холодно — пусть! Все заберите.Я задохнусь: здесь, в лабиринтеНавернякаИз тупикаВыхода нет!Древним затея не удалась!Ну и дела!Нитка любви не порвалась,Не подвела.Свет впереди! Именно тамНа холодокВышел герой, а МинотаврС голода сдох!Здесь, в лабиринте,Мечутся люди —Рядом, смотрите,Жертвы и судьи:Здесь, в темноте,Эти и теЧувствуют ночь.Крики и вопли — все без вниманья,Я не желаю в эту компанью.Кто меня ждет —Знаю, придет,Выведет прочь!Только пришла бы,Только нашла бы!И поняла бы —Нитка ослабла!Да! Так и есть:Ты уже здесь —Будет и свет.Руки сцепились до миллиметра,Все! Мы уходим к свету и ветру,Прямо сквозь тьму,Где одномуВыхода нет!

x x x

Проделав брешь в затишьи,Весна идет в штыки,И высунули крышиИз снега языки.Голодная до драки,Оскалилась весна, —Как с языка собаки,Стекает с крыш слюна.Весенние армии жаждут успеха,Все ясно, и стрелы на карте прямы,И воины в легких небесных доспехахВрубаются в белые рати зимы.Но рано веселиться!Сам зимний генералНикак своих позицийБез боя не сдавал.Тайком под белым флагомОн собирал войска,И вдруг ударил с флангаМороз исподтишка.И битва идет с переменным успехом:Где — свет и ручьи, где — поземка и мгла.И воины в легких небесных доспехахС потерями вышли назад из котла.Морозу удирать бы,А он впадает в раж:Играет с вьюгой свадьбу,Не свадьбу, а шабаш.Окно скрипит фрамугой —То ветер перебрал.Но он напрасно с вьюгойПобеду пировал.А в зимнем тылу говорят об успехах,И наглые сводки приходят из тьмы,Но воины в легких небесных доспехахВрубаются клиньями в царство зимы.Откуда что берется, —Сжимается без словРука тепла и солнцаНа горле холодов.Не совершиться чуду —Снег виден лишь в тылах.Войска зимы повсюдуБросают белый флаг.И дальше на север идет наступленье,Запела вода, пробуждаясь от сна.Весна неизбежна — ну, как обновленье,И необходима, как просто весна.Кто славно жил в морозы —Тот ждет и точит зуб,И проливает слезыИз водосточных труб.Но только грош им, нищим,В базарный день цена —На эту землю свышеНиспослана весна.Два слова войскам — несмотря на успехиНе прячьте в чулан или старый комодНебесные легкие ваши доспехи —Они пригодятся еще через год.

x x x

Сорняков, когда созреют, —Всякий опасается.Дураков никто не сеет —Сами нарождаются.

x x x

Я загадочен, как марсианин,Я пугливый: чуть что — и дрожу.Но фигу, что держу в кармане,Не покажу!

Белое безмолвие

Все года, и века, и эпохи подряд —Все стремится к теплу от морозов и вьюг, —Почему ж эти птицы на север летят,Если птицам положено — только на юг?Слава им не нужна — и величие,Вот под крыльями кончится лед —И найдут они счастие птичее,Как награду за дерзкий полет!Что же нам не жилось, что же нам не спалось?Что нас выгнало в путь по высокой волне?Нам сиянье пока наблюдать не пришлось, —Это редко бывает — сиянья в цене!Тишина… Только чайки — как молнии, —Пустотой мы их кормим из рук.Но наградою нам за безмолвиеОбязательно будет звук!Как давно снятся нам только белые сны —Все другие оттенки снега занесли, —Мы ослепли — темно от такой белизны, —Но прозреем от черной полоски земли.Наше горло отпустит молчание,Наша слабость растает как тень, —И наградой за ночи отчаяньяБудет вечный полярный день!Север, воля, надежда — страна без границ,Снег без грязи — как долгая жизнь без вранья.Воронье нам не выклюет глаз из глазниц —Потому, что не водится здесь воронья.Кто не верил в дурные пророчества,В снег не лег ни на миг отдохнуть —Тем наградою за одиночествоДолжен встретиться кто-нибудь!