— Ты не поверишь, он прилетел на снаряде от катапульты. Потом ловко спрыгнул на стену и принялся убивать зомби, — Рузельтон при этом отхлебнул вина.

— Ну и дела! — сказал, постучав пальцами по столу.

— Ага! Но он нам сильно помог. Столько зомби завалил из арбалета, будь здоров!

— Да, все мои пушистики такие боевые, — подметил ему. — Хлебом не корми, дай только пострелять.

— О, лучше не напоминай мне о стрельбе, — Рузельтон потер ладонью лоб. — Мне две стрелы в спину воткнули. Только недавно лекарь всё обработал. Не знаю, как теперь спать буду, так болит.

— А почему ты без доспехов был?

— В них неудобно. Попробуй воевать без перерыва почти два дня подряд в тяжёлых доспехах, — объяснил он.

— Ну, хотя бы кожаные надевай, — посоветовал я.

— Да, я потом кожаные надел. Благодаря этому спина не так сильно пострадала. Иначе стрелы глубже вошли бы.

Во время нашего разговора разносчица начала подавать мне мясные блюда. Вскоре стол был полностью заставлен едой. Хозяин таверны даже хотел подставить нам второй стол, но я так быстро уплетал пищу, что это оказалось не нужно. Разносчица едва успевала убирать пустые тарелки, а мойщики посуды мыли гору тарелок, удивляясь моему аппетиту. Но что поделать, если хочется есть?

Так мы продолжали есть и беседовать. Узнал от Рузельтона необычную историю. Один из защитников города, маг, во время сражения получил стрелу в глаз, но продолжил бой. Видимо, он обладал некоторой степенью самоисцеления, хотя до нас с Кракеном ему далеко. Самая забавная часть истории звучала из уст Рузельтона крайне весело. Он смеясь, рассказал:

— И вот этот маг смотрит на меня и спрашивает: «Какого чёрта я так плохо вижу? Мне приходится поворачиваться, чтобы все вокруг увидеть.»

— А ты ему что ответил? — спросил его.

— Я ему говорю: «Да у тебя стрела в глазу! Неужели не чувствуешь?»

— И что он на это сказал? — хмыкнул я, вытирая рот.

— Сказал, что ничего не заметил, — произнёс Рузельтон.

— Видимо, шок у него был, — пожал плечами. — Но силы ему помогли.

— Не знаю, но после того, как я сломал стрелу и поделился с ним целебным зельем, маг продолжил сражаться. Это было невероятно, — вздохнул он. — Я такого еще не видел, честно говоря.

— Но ведь и ты продолжал борьбу, будучи раненым, — напомнил ему.

Его улыбка померкла:

— Да, правда. К сожалению, этот маг позже погиб. Жаль парня, он был отважным.

— И как он умер?

— Его придавило обломком от разрушенной башни, — пояснил Рузельтон.

— Такова война, — философски заметил ему, разводя руки в стороны.

После короткого разговора мы попрощались. Рузельтон отправился отдыхать на второй этаж таверны, а я оплатил ужин и направился к выходу. У меня мелькнула мысль, что Норман, вероятно, обидится за мое отсутствие на ужине в замке, учитывая его склонность готовить на целую армию.

С улыбкой на лице я вышел на улицу и вскочил на своего коня. Пора завершать начатое дело — покупку бронированных повозок. Дернув за поводья, помчался по шумной улице к торговцу.

День спустя

Под завывание ветра, который игриво срывал лепестки с цветов, я задумчиво стоял во дворе замка. Вдруг осознание того, что здесь, среди каменных стен, расцвели цветы, застало меня врасплох. «Когда они успели здесь появиться?» — поразился про себя.

Проходящий мимо конюх Мариус с ведром овса попался мне на глаза, и я решил уточнить у него этот вопрос:

— Мариус, скажи, кто у нас тут цветы посадил? И как давно это произошло?

— О, господин, это Алисия распорядилась украсить территорию. Две недели назад, — ответил он, оборачиваясь ко мне.

Я улыбнулся. Вот, что значит привести женщину в дом. Но как мог все это время не замечать? Видимо, был слишком занят. А может, не придавал значения таким деталям.

Мысли о том, что Алисия, несмотря на молчание по этому поводу, самостоятельно приняла решение украсить замок, вызвали у меня одобрение. Даже во времена войны она находит способ оставаться оптимисткой.

Мариус, между тем, продолжал стоять передо мной, ожидая дальнейших вопросов.

— Ну, чего стоишь? Иди, работай! — сказал ему.

— Просто подумал, может вам ещё что-то нужно. Ладно, пойду тогда, — ответил он и направился к лошадям.

— Давай, спасибо. Лошади сами себя не накормят, — махнул рукой.

После этого я обратил внимание на своих пушистых гвардейцев — енотов, которые тренировались во дворе. Скомандовав им собраться, наблюдал за их строевой подготовкой. Шкипер, маленький командир в жилетке, особенно привлек мое внимание своей решительностью.