Мой жених тут же останавливается, оборачивается на голос. Видит меня, и его лицо тут же меняется. Он резко одергивает руку от девушки, что стоит рядом с ним.

Встречаемся взглядами. Я недоумеваю.

Ипполит бросает охране пару коротких фраз, те в два счета уводят молодую длинноногую брюнетку с глаз долой.

– Дорогая, я не знал, что ты решила пройтись по магазинам, – подходит к нам с Маринкой. Бегло целует меня в губы. – Рабочее ведь время, – смотрит на часы.

– У нас обед. Мы ведь работаем неподалеку, – встревает подруга. – Вот, решили кофе попить.

Я хочу провалиться сквозь землю.

– Пойдешь с нами? – старательно переключает внимание мужчины на себя.

– Оленька, ты почему меня не предупредила, что собираешься уйти из офиса? – Он не обращает на Маринку никакого внимания. За ласковым обращением и заботливым тоном явно прослеживаются недовольные нотки, но услышать их могу только я.

– Кто это был? – киваю в ту сторону, куда увели его спутницу.

– Где? – удивляется, словно не понимает, о чем именно я говорю.

– Кто с тобой был? – повторяю вопрос.

– Не важно, – спешно отмахивается. – До скольки у вас обед? – обращается к Маринке. Понимает, что сейчас лучше ничего не спрашивать у меня.

– Еще тридцать минут, – елейным голосом отвечает ему подруга. Предательница она! Самая настоящая!

– Показывай, где собирались кофе попить, – говорит ей деловым тоном. Сам же берет меня под локоть, держит крепко, не позволяет уйти. – Нам с тобой нужно еще раз обсудить свободу передвижения, – произносит еле слышно. Я продолжаю молчать.

Мы уже несколько раз серьезно ругались из-за того, что Ипполит собирается приставить ко мне охрану. Он требует, чтобы я сообщала о каждом своем шаге и чтобы никуда не ходила без его ведома. Будущий муж буквально бредит моей безопасностью.

На моих дочерей подобное отношение тоже распространяется.

Ипполит привык все контролировать и держать руку на пульсе, с нами хочет поступить так же. Но пока я упираюсь. Не собираюсь добровольно влезать в тиски.

В конце концов, я взрослая и самостоятельная девушка, живу в спокойном и тихом районе и никому не причиняю вреда. Мне ничего не грозит, так что пусть не наговаривает!

И передвигаться по городу буду так, как посчитаю нужным!

– Нечего здесь обсуждать, – шиплю недовольно. – Я тебе уже обо всем сказала. На охрану добро не дам.

– Тогда будь добра, отчитывайся о каждом своем шаге! – В глазах жениха зарождается злость.

Вдох. Выдох. Задержка дыхания.

Прикусываю язык, чтобы лишнего не сболтнуть.

У Ипполита звонит телефон. Он достает его из кармана, смотрит на вызывающего абонента и недовольно сжимает губы. Они превращаются в узкую полоску.

– Придется вам пить кофе без меня, – отрезает жестко. – После работы я заеду за тобой, – обращается ко мне строгим тоном. – Дождись меня.

Не дав возразить или что-то добавить, уходит. Рядом с собой слышу мечтательный вздох.

– Вот это мужчина, – смотрит ему вслед Маринка.

– Угу, – киваю.

Прямо мужчина мечты.

– Наталья Егоровна, что мои девочки опять натворили? – спрашиваю у воспитательницы в детском саду. Судя по ее выражению лица, ничего хорошего.

Олеся и Алиса такие придумщицы, что порой мне хочется запереть их дома и никуда не выпускать. Правда, малышки за тридцать минут ничего от дома не оставят. По кирпичику разберут.

– Ваши дочери!.. Ваши дочери!.. – начинает женщина, задыхаясь от переполняющих ее эмоций.

– Мамочка! Мамочка! – Малышки бегут ко мне, врезаютсяв ноги, задирают головы и счастливо смотрят на меня. – Ты пришла за нами! Ура!

Смеюсь. Словно я могла не прийти за ними.

– Конечно, пришла, – поправляю сбившиеся шапки. Ушки оголились, а по такому морозу это совсем не хорошо. – Куда ж я денусь.

Прижимаю дочек крепче к себе.

– Девочки, идите за своими вещами, – обращается с малышкам воспитатель. Те вихрем уносятся в сторону веранды. – Не забудьте забрать пакеты с грязными вещами!

– С грязными вещами? – удивляюсь. Я только вчера перебирала их шкафчики, все было нормально.

– Ваши девочки, – говорит обреченно. – Принесли из дома две банки с зеленой гуашью.– Женщина делает глубокий вдох. Перед глазами тут же мелькают картинки.

– О нет, – шепчу.

– Да, – кивает воспитатель. – И даже хуже, чем вы могли подумать, – недовольно смотрит на меня.

Мои принцессы уже приносили в детский сад рисовую муку. Они на ковре с довольно-таки высоким ворсом решили поиграть в снег. В итоге в муке был не только ковер, но и добрая половина группы. Кому-то из детей пришло в голову начать кидаться мукой.