Граф вытащил пистолет и с интересом покрутил барабан.

— Аккуратней, он заряжен, — предупредил его шеф охранки.

— Удивительно как быстро технологии догоняют магию, — аристократ погладил ребристую деревянную ручку, а потом примерил оружие в руке, щёлкнул предохранитель. — Вам помочь с допросом? — уточнил граф, прицеливаясь Джону в голову.

— В этом нет необходимости, но вы можете поприсутствовать.

— Знаете, я ведь рисковал своими людьми.

— Понимаю…

— Думаю я заслужил нечто большее, — револьвер опустился чуть вниз и выстрелил Джону в ногу, заставив всех присутствовавших сморщиться от резкого шума, а клирик вскрикнул. — Извините, — поднял руки граф, — спусковой крючок такой мягкий, я случайно.

Снаружи уже прибежала охрана и ждала приказаний от уже не такого улыбчивого Бенкендорфа.

— Ничего, Алексей Владимирович, со всеми бывает, проводите Его Сиятельство, — приказал он своим людям и те вежливо расступились, пропуская аристократа, накинувшего маску безразличия.

Когда все вышли, Александр Христофорович оседлал стул напротив Джона.

— Знаешь, почему ты здесь? — спросил он без всякого желания запугать, как если бы они разговаривали в дружеской атмосфере, а не в тёмной отсыревшей комнате и с кровоточащим пулевым ранением бедра.

— Мы заложники. Гарантия, что Артём не пойдёт на империю, — сжав зубы, ответил клирик, на лбу проступила испарина.

— Этот идиот тебе уже всё рассказал?

Джон кивнул и постарался заткнуть отверстие связанными руками. Бенкендорф создал каменный нож и разрезал верёвки. Он знал своего бывшего подчинённого как пять пальцев: тактика запугивания и пыток здесь не сработает.

— Насчёт женщин и остальных — их не тронут, но ты должен рассказать всё. Барятинский слетел с катушек, есть шанс, что он одумается?

— Так это правда? — Джон до последнего надеялся, что Бутурлин врёт, но увидев кивок шефа охранки, расстроился.

Барон неоднократно повторял о нежелании становиться Повелителем смерти, но, видать, его вынудили или произошло что-то из ряд вон выходящее. Если дело касается безопасности всей страны, то он не имеет право оставаться в стороне…

— Христ, я должен тебя кое о чём предупредить…

Спустя десять дней, г. Москва.

— Ну и где твоя Катя? — в сотый раз спросил Аничков.

— Да погоди ты, — раздражённо ответил ему Феликс, долгий путь с северов утомил алхимика, но он стоически терпел, некромант наседал на него каждые десять минут, абсолютно не поддаваясь на уговоры. — Они выйдут в обеденный перерыв.

Оба беглеца стояли снаружи элитной частной школы для слуг, за ворота их не пустил строгий усатый сторож, судя по всему некромант. Мужчинам нельзя было находится внутри, но им обещали позвать девушку, как только это станет возможным.

Будущие горничные высшей аристократии воспитывались в атмосфере изоляции. Феликс сам выбрал эту школу из-за её репутации. У директрисы были свои заскоки, но зато обучение шло в кратчайшие сроки и выпускниц после него забрали с руками и ногами.

Широкое жёлтое здание с колоннами было огорожено металлическим забором с каменными столбами. Вдоль периметра торчали оголённые зимой берёзы, а перед парадной лестницей гостей приветствовал памятник скромной девушки, присевшей в книксене. Устремив взгляд косо вниз, она изящно держалась за края своего бронзового платья, складки которого забились снегом.

Путникам пришлось добираться до столицы практически без перерывов, оттого и усталость, но дело не терпело отлагательств. Аничков и вовсе был на взводе. Казалось, напряжённая гонка совсем не измотала его. Они простояли ещё около получаса и, наконец, дверь заведения приоткрылась и наружу хлынул щебечущий поток учениц. Одна из них тут же нашла их взглядом и твёрдым шагом подошла к сторожу.

— Феликс, какими судьбами? А это ещё что за хер с тобой? Ало, мистер, ваша губа так и кричит: меня изнасиловали! Может, прекратите её кусать? Она так ещё больше потрескается, — скороговоркой выдала бывшая царица воришек и элегантно поправила обруч с белым бантом на голове.

Её симпатичное лицо забыло, что такое бессонница и нужда, чёрные волосы были шикарно причёсаны и распущены, а прежний голос заядлой курильщицы исправился на грудной бархатный. Лечение от местных некромантов пошло ей на пользу и восстановило голосовые связки.

— Тебя не узнать, — улыбнулся рыжий маг и засмотрелся на преобразившуюся теневичку.

— И за эту трактирную шлюху мы платим горы целковых? — поморщился Аничков и обошёл вокруг приосанившуюся в гневе девушку. — Какого рожна? Она же общается как ямщик, ты совсем необучаема?

Некромант загорелся возмущением, ведь рыжий краснобай ему все уши прожужжал, какая это смышленая особа и как она их выручит, но по первой же реплике он всё понял. Они встряли.

— Никуда не годится. Посмотри на неё, — махнул он рукой на Катю. — Она как вкусный пирожок, но с трущобной начинкой. Шуйские не поверят этой хабалке, — некромант сплюнул и спрятал руки в карманы, собираясь уйти.