Замок гермолюка подался легко, открылся, впустил Тони в «Нод-3» и закрылся за ним с легким всасывающим хлопком. Оказавшись в модуле, Тони огляделся, нашел рудиментарный ложемент перед пультом систем жизнеобеспечения, устроился в нем и пристегнулся. Убедившись, что все системы работают в штатном режиме, он доложил:

— Алекс, это Тони. Я в «Нод-3». Системы в норме.

— О’кей.

В это же время в модуле «Звезда» Пьер Барсак спешно готовился к расконсервации пустотных скафандров.

— Алекс, это Пьер. Какие готовить и сколько? Два?

— Готовь два «Базальта» и «Викинг». От «Орланов» приготовь пиропатроны.

— Алекс, готов к коррекции, — произнес сидящий рядом с командиром Ронни.

— Всем закрепиться в отсеках! Земля, начинаю обратный отсчет!

Тони теперь не мог наблюдать за работой двигателей, он лишь ощутил появление слабой силы тяжести, вектор которой постепенно менялся. Появилось неприятное ощущение медленного переворота через спину. Показатели приборов систем жизнеобеспечения были в норме. Спустя две минуты сила тяжести исчезла.

— Завершение маневра! — это рявкнул Ронни, сидящий в легком ложементе рядом с Богатыревым.

— Земля, визуально наблюдаю прекращение кувыркания. Подтвердите, — прозвучал голос командира.

— Сейчас, Алексей… Да, подтверждаем, коррекция прошла успешно… Но, э-э…

— Володя, ну что там еще? — нетерпеливо перебил Богатырев.

— Увеличилась скорость падения, Алексей. Не намного, но все же, — виновато проговорил оператор.

— В абсолютных цифрах?

— До 1,2 метра в секунду. И использовать корректирующие двигатели больше нельзя. В них топлива — только-только для стыковки с грузовиком. Причем едва хватит на две попытки. Сейчас мы пытаемся выяснить, насколько можно ускорить пуск «Прогресса».

— Прямо как на лифте спускаемся… — это пробормотал Ронни.

— Господин Богатырев, вы к чему говорили о скафандрах-то? Что у вас за идея? — опять проявился профессор Сертиз.

— Действительно, что у вас на уме? — поддакнул Ванхаймер.

— Да вот, вспомнил картину художника Репина «Бурлаки на Волге».

— Что-что? Что такое бурлаки? Репин? Не понимаю…

Стало слышно, как кто-то на английском языке объясняет американцу и швейцарцу про бурлаков и Илью Репина. Спустя минуту вновь прорезался голос Сертиза:

— A-а, я, Кажется, понял. Спасибо… Что ж, оригинально. Тянуть станцию своими же реактивными ранцами вверх, приподнимая ее. Да-а… А мне, извините, командир, почему-то больше импонирует сравнение с бароном Мюнхгаузеном, когда он на лошади в болоте тонул. Нудаладно, сейчас мы просчитаем, выйдет из вашей затеи что-нибудь или нет. Я временно отключаюсь, командир, до связи!

— Считайте быстрее, профессор, мы ждем! Пьер! Как там скафандры?

— Алекс, я активировал программу для двух «Базальтов», «Викинга» и, на всякий случай, одного «Орлана». Пока все идет нормально, сбоев нет. Думаю, через два часа «Орлан» и «Базальты» будут в кондиции. Насчет «Викинга» пока затрудняюсь сказать точно, но тоже порядка двух часов. Пиропатроны подготовил.

— Отлично, Пьер! Ронни, иди готовь шлюзовую камеру четвертого стыковочного модуля и помоги Пьеру проверить и приготовить дополнительные баллоны с воздушной смесью. Ронни, кстати, сколько могут работать реактивные ранцы «Базальтов» при полной тяге?

— Восемь — десять минут, Алекс, не больше, при тяге в 0,12 тонны.

— А «Викинг»?

— Заводская характеристика — не менее двадцати пяти минут. Да и тяга по ТТХ мощнее почти в три раза — 0,32 тонны. Но это — на стенде в лаборатории. На практике, в открытом космосе, — кто знает…

— МКС! Вы уходите в тень! Связь через тридцать минут.

— Отбой, — сквозь все более сильные помехи прорвался и исчез голос Погодина.

— Понял, Земля, отключаюсь.

Над головой Богатырева погас небольшой монитор видеосвязи с ЦУПом, затихли шумы в динамике. Воцарилась тишина, прерванная спустя несколько долгих минут спокойным голосом командира:

— Ну, и что это было, джентльмены?

Экипаж загалдел одновременно, как в курятнике.

Глава 2. Вакуум

— Таким образом, имеется шанс если не остановить потерю высоты, то, по крайней мере, значительно замедлить скорость падения. Это позволит в более или менее штатном режиме состыковать с МКС грузовой «Прогресс», дозаправить станцию и попытаться откорректировать орбиту. Если не получится, то шаттл «Констеллейшн» поможет внести окончательную корректировку по высоте. Какие новости из Хьюстона? — профессор Сертиз нашел глазами своего ассистента.

— Взлет с мыса Канаверал планируют через шестьдесят восемь часов, профессор!