Да. Я свой выбор сделала.

Долго и счастливо. Аминь.

В конце концов, я приняла решение и сегодня выхожу замуж за лучшего мужчину. И, тем не менее, было больно осознавать, что в день, который должен стать для меня самым счастливым, моего отца не будет рядом.

Глупая надежда, что он сменит гнев на милость рассыпалась в пепел после слов сестры… «Вроде он собрался в какую-то срочную командировку… Что-то случилось на одном из производств»…

М-да. Смешно.

– Могу красить губы? – тихо спросила у меня стилистка.

– Вер, пора… – с придыханием прошептала сестра, кивая на дисплей телефона.

– Можете, – натянуто улыбнулась я.

***

Я взялась за фату, чтобы в очередной раз ее поправить, когда в дверь постучали.

– Входите! – крикнула я, и спустя миг за открывшейся дверью показалась мама.

Она выглядела бесподобно в длинном кремовом платье, которое прекрасно сочеталось с ее карими глазами и светлыми волосами. Такая красотка!

– Доченька… – поравнявшись со мной, мама встала сзади, нежно обняв меня за плечи – в зеркале наши взгляды пересеклись, и я увидела в ее глазах слезы.

– Как сейчас помню, как вы с Любой лежали в кювезике… Такие крошки. А теперь выросли и превратились в невероятных красавиц, – она обвела нас с сестрой взглядами, полными теплоты. – Верочка… Я желаю тебе стать самой счастливой… – аккуратно прикасаясь своей теплой ладонью к моему лицу.

– Теперь ты создаешь свою семью, свой очаг. Я верю, что у вас с Вадимом все получится. Однако жизнь порой бывает непредсказуемой… никогда не забывай, что у тебя есть родители. Мы – тоже твоя семья, готовая всегда о тебе позаботиться… – она улыбнулась сквозь слезы. – Не забывай, чтобы не случилось – в нашем доме тебя всегда ждут…

– Мам… – я крепко-крепко ее обняла.

– Ох, милая, я так хочу верить, что этот союз принесет тебе счастье…

В дверь постучали, и мы вынуждены были оторваться друг от друга.

– Все гости уже собрались! – серьезно отчиталась девушка из команды организаторов.

– Волнуешься? – шмыгая носом, спросила Полина.

– Еще как… – призналась я, нервно поправляя нежно-розовое кружево…

– Не переживай. Это абсолютно нормально, – Левицкая прижалась к моему лбу своим лбом. – Люблю тебя, подружка! Вот как бывает… В тихом омуте… Наша главная тихоня выходит замуж первой… – хихикая, прошептала она.

Усмехнувшись, я вспомнила, в каком шоке пребывала Полина, когда узнала про наш с Вадимом первый раз – познакомились в койке! Так сказать, не отходя от кассы.

Вот вам и тихоня из тихонь…

– Вера, пойдем, пора! – поторопила меня организаторша.

Хорошо хоть, не надо было никуда ехать.

Для нашей церемонии, включающей в себя роспись и последующие празднества, был снят комплекс с просторным банкетным залом на первом этаже и гостиничными номерами – на втором, ведь завтра планировался еще один день свадебных гуляний. Благо – на обширной загородной территории было, где развернуться.

Спустившись с лестницы, я остановилась у высоких парадных дверей, где меня уже ждали гости во главе с женихом.

– Вера, ты все помнишь? – заботливо уточнила у меня организаторша, одновременно переговариваясь с кем-то по рации.

– Д-да, – взволнованно кивнув, я встретилась взглядом с дядей Пашей.

– Вера, божественно выглядишь! – обняв меня, крестный шепнул. – Так хороша, будто тебя выковали тысячи ангелов из бриллиантов и слез нимф.

– Дядь Паш… – я не смогла сдержать нервный смех, – вот умеете же вы красиво сказать… – Вы, кстати, тоже отлично выглядите! – проронила я, без тени лукавства.

Левицкий облачился в белоснежную рубашку и кремовый костюм, улыбаясь своей самой очаровательной улыбкой, которая никого не оставляла равнодушной.

– Я уверен, ты станешь прекрасной женой! – мужчина заключил меня в крепкие объятия. – Вер, я до сих пор помню день твоего рождения. В тот день я гнал как сумасшедший, чтобы успеть отвести твою маму в роддом, ведь вы с сестрой оказались теми еще торопыгами… – глаза моего крестного увлажнились. – А теперь передо мной стоит прекрасная молодая женщина! – он понизил голос. – К слову, если Завьялов посмеет тебя обидеть – сразу говори мне – оторву ему причиндалы!

Дверь позади нас хлопнула, и я не успела ничего ответить, замерев как вкопанная, стоило услышать за спиной.

– Павел Романович, вроде все гости уже собрались в зале. Разве вы не должны сейчас находиться там?

Обернувшись, я увидела своего отца, одетого в стильный черный костюм с модным галстуком и белоснежной рубашкой. Его темные волосы были зачесаны назад, подбородок и щеки гладко выбриты.

Замерев у входа, он смотрел прямо на меня с выражением восторга и такого искреннего трепета в глубоких карих пустошах, что у меня на глаза навернулись слезы.