– Ты предположила, что мне под силу все это остановить… – проглотил скопившуюся слюну, – ответ положительный, Вер, – глядя на то, как ее глаза наполняются такой искренней надеждой, я желал провалиться сквозь землю, в ад. – Только вопрос: какую цену ты готова заплатить во имя благополучия своего папеньки?

– Что ты имеешь в виду? – моя девочка нервно заправила выбившуюся прядь за ухо или попыталась нащупать новую шпильку? – Что это значит?! Хватит говорить загадками! – прохрипела она, слабым голосом.

Губы сложились в краткую полуулыбку, стоило вспомнить, как она чуть меня не угробила пару часов назад.

Отчаянная моя. Дерзкая. Закусив губу, я ощутил тяжесть и напряжение в паху. Да, что б тебя…

– Я не готов тебя отпустить, Вер. Еще не время… – въедливый взгляд, снова сглотнул.

И не уверен, что когда-нибудь смогу.

Сердце дрогнуло.

Она впилась в меня таким умоляющим, просительным взглядом, еще даже не догадываясь, о чем я скоро ее попрошу.

Потому что в эту секунду я вдруг отчетливо осознал, что эта девчонка забила собой мою ненормальную голову, вытеснив оттуда все здравые мысли.

Почему вместо того, чтобы отмечать свой триумф в компании самых приближенных людей, я никак не мог с ней распрощаться? Почему от одной только мысли, что мы больше не увидимся – хотелось выть волком? Почему выходка моей сестры с арестом Апостолова прямо во время свадебной церемонии вызывала во мне лишь гнев и отторжение?

Сжав пятерню в кулак, я почувствовал влагу на ладони.

– Чего ты молчишь? – прошипела Вера. – Говори, что мне надо сделать? Я готова на все! – с ненавистью выплюнула она.

Я готова на все…

Перед глазами замаячили кровавые всполохи – я словно загнал дичь в тупик, не оставив ей выбора. Или паук, плетущий свою едва заметную паутину…

– Сейчас я высажу тебя на подъезде к вашему поселку. Там, наверняка, тебя встретят дядя и крестный. Ну, и с дюжину их людей… Передай им, что я с удовольствием пообщаюсь с ними завтра в рабочее время. Пусть подъезжают в мой офис. Думаю, нам есть, что обсудить, – я ей подмигнул. – Ну, а тебе бы не мешало немного отдохнуть, отоспаться… – все еще задыхаясь от осознания, что нам придется расстаться на время, – Когда успокоишься, сама мне наберешь.

Глава 45

Вера

Ощущение реальности вернулось ко мне от резкого звука захлопнувшейся дверцы и рева мотора.

Сделав несколько шагов, я опустилась на обочину дороги, бездумно таращась на далекую яркую точку, исчезающую во тьме.

Я почти не помнила, как мы ехали…

Запомнила только его фразу, брошенную перед тем, как он помог мне выбраться наружу: «Когда успокоишься, сама мне наберешь».

Он серьезно?

Смешно. Нелепо. Дико.

Ошеломленная и дезориентированная, я практически сидела на холодной земле, разглядывая свое деформированное свадебное платье: в одном месте жемчужные нити порвались, и жемчуг, словно слезы, падал на снег.

Я была уничтожена. Раздавлена. Эмоционально выпотрошена.

Вероятно, напоминая призрака… Призрака той счастливой невесты, которой я была всего несколько часов назад.

Внезапно меня ослепило светом фар, а спустя несколько мгновений передо мной затормозил автомобиль, из которого выбежал мой крестный.

– Боже... Вера?! – дядя Паша крикнул что-то через плечо и бросился ко мне, - Вера… Что он с тобой… – его голос сорвался.

– Все… Все хоро-ш-о, - перейдя на тихий плач, я обхватила крестного за плечи, моментально обмякая в его руках.

– Она здесь! Да, бл***… – орал в трубку Левицкий, крепко обнимая меня дрожащей рукой, пока вокруг нас собирались какие-то люди, - А у тебя так и не получилось отследить ее местонахождение! – ультразвуком, переходящим в отборный мат, гремел он на невидимого собеседника.

– Дядь Паш… - я протяжно шмыгнула носом.

– Вера, девочка, все будет хорошо… - Левицкий подтолкнул меня к машине, отвечая на новый входящий звонок, - Саш, она у нас! Да… Говорю же, она у нас… Да успокойся ты…

***

Ворота нашего коттеджа распахнулись еще до того, как автомобиль затормозил, и на заснеженную улицу раздетыми выбежали моя мама и сестра.

Они бросились ко мне, прижав так сильно, что стало трудно дышать.

– Мамочка... – пробормотала я, обессиленно на ней повиснув.

– Вера, что он тебе… что он… - всхлипывала она, устремляя на меня полный бесконтрольной ярости и неверия взгляд.

– Все нормально… Он меня не тронул, - зарываясь лицом ей в плечо, - Пойдемте… холодно… - я испытывала некое подобие облегчения, пока где-то фоном дядя Паша на повышенных тонах разговаривал с дядей Кириллом.