— Орда тоже берёт часть… правда более гибко. Потери энергии при захвате и переносе эфира выше — особенно на начальных этапах. По мере укрепления контроля становится лучше. Но и механизмы защиты от таких хитростей наверняка есть. К тому же ещё нужно взломать ядро, чтобы не делиться с врагом. Одно дело освобождение. И совсем другое — если кто-то следящий за Системой поймёт, что её обманывают, то запросто может дать задание на устранение. А при переподключении наказать снижением уровней или навсегда урезать долю получаемого эфира.

Всё ясно — хитрозадых не любят. Как говорят, ты можешь убить человека и тебя не найдут, но стоит только попасться в поле зрения налоговой и пиши пропало. Помнится, особенно актуально для Америки, где система сложная и гораздо менее автоматизированная. А ведь и правда кто-то наблюдает за работой Системы!

Вероятно Константина терпят, потому что он уже на автономном режиме и не пытается обманывать. К тому же полезен. Я же получаю весь эфир, что является одной из причин моей ускоренной прокачки помимо сочетания таланта антимагии и Внутреннего истока, которые в симбиозе сами дают мне гораздо более широкие перспективы применения своего дара.

Теперь заговорил Акаев. Дракониды вообще мало внимания обращали на слабейшего из встреченных людей.

— У меня ещё один вопрос возник… почему боги при всей их силе не сделали Систему ещё более разумной? Наверняка легко могли.

— Мы лишь слышали о прошлом, — ответил ему Ноктис. — Когда-то пробовали такие варианты. Но судя по всему, разум выходил из-под контроля: его могли захватить, или он совершал непредсказуемые вещи. Вероятно сочли, что простой и чёткий механизм надёжнее.

Мы продолжали общение. Я узнал несколько новых фактов. Например, среди Непокорных были ранги, показывающие силу: экзарх, астрарх и теург. И сейчас я, наверное, не дотягивал даже до первой стадии.

— Экзархи были эквивалентны как минимум нашим сто десятым стадиям возвышения. Это то, к чему стремятся все Восходящие. Они придут и в ваш мир, когда портал не станет требовать от них сверх-усилия и грозить смертью во время перехода. Астрархи — это следующая стадия. Судя по описанию, существо из Магнуса было эквивалентно Непокорному такого ранга.

— Военачальники, — мрачно сказал Ифрит. — Вероятно, один из более сильных одолел меня и разбил божественность — разделил душу и разум на осколки. Они равны таким богам, как я.

Скатарис продолжал, тон стал более тихи и рычащим.

— Но это не конец. Мы лишь слышали из рассказов одного из Непокорных, что высшая ступень — теург. Их высшее правительство это совет теургов. Они способны дать бой даже великим богам. Без преувеличений, они существа иной стадии развития.

— У вас есть план, что делать с подобными? — мрачно спросил Ноктис. Не нравился он мне, ведь я помню его попытку атаковать. Да и слишком молчаливый. И я пока даже не узнал, что у него за магия. Знакомых стихийных откликов от него не ощущаю.

— Мы не победим тех, кто идёт войной на владык множества миров. Наша цель — сделать победу для Орды такой дорогой, чтобы им было заметно выгоднее оставить нас в покое. У них нет особой личной ненависти.

— Уверен? Многие Посланники богов были похожи на людей. Наверняка к вашему роду отношение будет схожее.

— Замолкни, — приказал Скатарис. Я же вздохнул.

— У нас есть только надежда. Сдаваться я уж точно не стану.

Я не стал говорить фразы вроде «если под сапогом хозяина спокойнее — то давай ты сдашься прямо сейчас». Синий и так замолк.

— Сколько продержался самый крепкий из миров? — спросила Полина. — И что там было?

— Заррот, наш мир, — без колебаний ответил алый. — Мы, один из последних очагов Доминиона Солайс, сдались примерно через четыреста пятьдесят дней вторжения.

Немногим больше нашего года. И это техномагическая цивилизация существ, которые способны летать и даже не обладая магией гораздо сильнее людей! Полина предугадала и мой следующий вопрос.

— Какая численность населения у вас была?

— Около шестиста миллионов. А сколько в вашем мире?

— Было восемь миллиардов, — задумчиво ответил я. — Полагаю, люди более плодовитые? Но и одарённых среди нас значительно меньше. Что же… всё равно верим в лучший исход. Полагаю, если мы прибьём первых пришедших экзархов, остальные призадумаются. Тем более у нас есть шанс уничтожить Якори. У вас же не было таких артефактов?

Ксенистен ответила, что хотя попытки были, но самое большее им удавалось его повредить и ослабить. В дальнейшем появились убедительные теории и прототипы, предположительно способные уничтожить якорь, но им уже не удавалось прорваться и протестировать их.