Интересно, что скажет Миша? Выгляжу я, говоря без ложной скромности, просто шикарно…

– Эй, Саш, ты здесь?

Вот именно о нём поду мала, а он уже тут как тут - стоит за дверью и настойчиво стучит. Но я не могу открыть, я ещё не готова!

– Да, здесь!
– отозвалась я.
– Подожди ещё минут десять!

Я надела свой самый нарядный ярко-голубой свитер, элегантную меховую накидку, чёрные брюки и новые сапоги на каблуках. Критически осмотрев себя в зеркале со всех сторон, я, наконец, вышла.

– А вот и я!
– Застыв на пороге, я с замиранием сердца ждала Мишиной реакции.

Он медленно обернулся и взглянул на меня. Его глаза начали медленно расширяться от удивления.

– Саша?
– неуверенно произнёс он.
– Это ты?

– Ну кто же ещё?
– улыбнулась я в ответ.

– Тебя не узнать!
– удивлённо протянул он, разводя руками.
– Ты что, ночью в парикмахерскую слетала?!

– Я сама себе парикмахер!
– счастливо рассмеялась я, польщённая его реакцией.
– Ну как? Идёт?

– Да не то слово!
– ответил Миша, и в его голосе прозвучала искренность.
– Ты стала ещё прекраснее!

– Спасибо, - кокетливо опустила я глаза.

– И это всё ради него… - вдруг мрачно пробормотал он, и лицо его сразу потемнело.

– Ты о чём?
– удивилась я, подходя ближе и устраиваясь на подлокотнике его кресла.

– Не о чём, а о ком!
– почти зло выкрикнул Миша.
– Сегодня же допрос Артёма! Я обещал тебя взять. И вот ты с утра - с новой причёской…

– Миш, не неси ерунды!
– поморщилась я.
– Верь или нет, но, пока я всё это делала, о бывшем муже и не вспоминала. Я думала только о тебе. А если ты снова не веришь… - Я нарочито медленно поднялась и сделала шаг прочь, втайне надеясь, что он меня остановит. И он оправдал мои ожидания.

Миша схватил меня за руку, притянул к себе и, уткнувшись лицом в волосы, хрипло прошептал:

– Я просто ревную! Как ты не понимаешь…

Я крепче прижалась к нему и, вздёрнув голову, оказалась с ним нос к носу.

– Никогда не ревнуй меня. Раз уж я с тобой, значит, больше мне никто не нужен…

Такого чудесного утра у меня ещё не было. Проснулась Аня, и мы все вместе завтракали на кухне. По дому витал аромат кофе. Я сидела, прижавшись к стене, смотрела на самых дорогих людей и буквально таяла от счастья. Так хотелось верить, что с появлением Миши каждый наш день будет таким - спокойным, уютным и безмятежным.

В реальную жизнь я вернулась, полная сил. Оказавшись в здании полиции, я уверенно зашла в кабинет и уселась на печально знакомый диван. Миша был мрачен, и я не могла понять, всегда ли он такой на работе, или просто нервничает из-за нашей встречи с Артёмом.

Я и сама потихоньку начинала сходить с ума. Встреча с мужем, который давно погиб для тебя, - занятие не для слабонервных. Я то и дело поглядывала на часы, пытаясь предугадать наш разговор. Что он скажет? Как будет оправдываться?

Минуты текли томительно медленно, и, когда дверь наконец распахнулась, я с ужасом поняла, что совершенно не готова его видеть. Сердце перевернулось в груди и заколотилось с бешеной скоростью.

За эти четыре года Артём почти не изменился. Казалось, будто только вчера он, поцеловав меня на прощание и пообещав Ане привезти подарок из Благовещенска, ушёл… Ушёл навсегда, оставив после себя лишь боль.

Я смотрела на когда-то родное лицо сквозь пелену навернувшихся слёз. Оно расплывалось у меня перед глазами, и я изо всех сил старалась сдержаться, чтобы не разрыдаться. Обида, так долго сидевшая в сердце занозой, поднялась комком к горлу. Язык чесался от невысказанных слов.

Конвоир, приведший Артёма, усадил его на стул и скрылся за дверью. Мой муж старательно отводил взгляд.

– Впервые провожу допрос с «мёртвым» человеком'.
– насмешливо хмыкнул Миша.
– Ну что, Артём Валерьевич, будем каяться?

Артём нервно дёрнулся и зло посмотрел на следователя.

– Что вы хотите от меня услышать? Что я сволочь? Ну хорошо, я сволочь! Я бросил жену и ребёнка и сбежал с другой женщиной! Просто так сложились обстоятельства! И Сашка, между прочим, тоже виновата!

– Нет, ты не сволочь!
– прозвучал чей-то голос, и я с опозданием поняла, что это мой.
– Ты - трус! Подлый, мерзкий трус! Ты предпочёл скрыться, прикинуться мёртвым, лишь бы не говорить со мной честно!

– Не льсти себе!
– скривился Артём, наконец поворачиваясь ко мне.
– Стал бы я тебя бояться! Мне жизнь подарила шанс, и было бы глупо им не воспользоваться! Окажись я тогда дома, тебе пришлось бы хоронить меня по-настоящему! И твоей вины в этом нет совсем!

– Ну и в чём же её вина?
– вклинился в наш разговор Миша.