— Примерно так, — пожал я плечами.

— Иии… Сколько лет это займёт? — склонила девушка голову набок.

Я снова перевёл взгляд на схему, мысленно прикидывая варианты.

Через портал на Землю сейчас не попасть. Она закрыта. А прямой путь по координатам открывать не самая лучшая идея, учитывая все случаи с другими ранее. Да и попробуй найди ещё портал подходящего класса… Который… Как раз таки и может быть на наследии.

Но прежде чем думать о полёте к Земле, нужно решить три куда более близкие задачи. Две из них:абрать Яну на другой планете и найти Сашу.

Яна… Её местоположение хотя бы примерно понятно. А вот Саша…

Я помрачнел.

Королева Этараксийцев. Ваартирия…

Эти воспоминания ударили в голову и к горлу подступил ком.

Я медленно повернулся и подошёл к стене, чтобы Ольга не видела моего лица. Уверен, ничего приятного она там сейчас не увидит.

Стоя, сжимая до хруста кулаки и стискивая зубы в ярости, не выдержал, ударяя в стену. Металл не успел даже всхлипнуть, как я пробил внешнюю облицовку, стоя теперь уже так, уперевшись лбом в прохладу железа.

В груди было тошно и… Больно. Боль холодной рукой стискивала не сердце, а желудок, холодом проходясь по источнику. Сердце же… Казалось сжалось так сильно, что вообще перестало биться.

Вытащив руку, я повернулся спиной к стене и медленно по ней сполз, садясь, одну ногу согнув, а вторую вытянув вперёд.

Перед глазами был калейдоскоп воспоминаний: ещё тогда мелкая и смеющуюся Ваартирия. Её яркий и звонкий смех всегда заставлял всех вокруг улыбаться. Дитя тепла — так о ней говорили.

Я временами возвращался к Этараксийцам и видел её рост из соплячки, в гордую и великую Королеву. Но как бы много величия в ней не было — Ваартирия всегда всем улыбалась.

По металлу послышались тихие шаги. Ольга, подойдя, мягко опустилась рядом, сев также у стены, но на корточки, при этом обхватив свои ноги ладонями.

Она сидела тихо, пока я предавался воспоминания, теребя свою душу ещё больше.

У меня было полно знакомств по всей галактике, но Ваартирия… Ваартирия была не просто моей ученицей, не просто той, кого я когда-то спас, а… Сестрой. Младшей, непоседливой и вечной занозой…

Мельком взглянув на Ольгу, я прикрыл глаза, открыл их, а затем поднялся.

Сейчас мне нужно думать не о себе, а о тех, кто из-за меня втянут во всё это.

— Ты в порядке? — послышался тихий голос и девушка тоже поднялась, осторожно кладя ладонь мне на плечо.

— Да, — немного хрипло ответил я.

— Уверен? — мягко спросила она.

— Да, — вновь повторил я. — В порядке. Сейчас нужно думать о другом: как выбраться с этой планеты.

Самое плохое, что для поисков Саши у меня нет даже точки опоры. Я понятия не имею, где она.

Подойдя к терминалу, пролистал ещё несколько окон, выводя на главный экран разные временные рамки.

— Что ищешь? — спросила Ольга.

— Записи боя, — ответил я. — Того, кто во льду… И того, кто его туда упаковал.

Система послушно подгрузила журналы наблюдения. Одно за другим вспыхивали панорамы боёв: город сверху, трассы снарядов, вспышки разрывов, наглухо переполненная картина хаоса.

Появились фрагменты, снятые с дронов и наземных камер: фигуры в потоках энергии, столбы пламени, вспышки молний, вздымающиеся стены камня, разлетающиеся в стороны обломки. Люди, машины — мясорубка в чистом виде.

Изображения замороженного практикующего не было. Того, кто его заморозил, — тем более, а значит я не знаю как выглядит Кирилл. Что тоже проблема…

Ещё раз прогнал поиск, но теперь по ключам. В ответ — пара отчётов о применении стандартных ледяных техник, пара коротких пометок о «неидентифицированном пользователе силы», но без лиц и без вывода картинок.

— Ничего? — уточнила Ольга.

Я кивнул. Закрыв раздел боевых логов, переключился на навигацию и инфраструктуру, ища, где на этой планете уцелели телепорты или техника для выхода в космос.

Система задумалась дольше, чем прежде. По изображению планеты пробежала сетка, вспыхнули и тут же погасли десятки точек: уничтожено, потеряно, обесточено, недоступно. Внизу слева побежала строка с ошибками: «нет связи», «узел не отвечает», «контур повреждён».

Наконец на трёхмерной модели остались гореть всего несколько меток. Две — на другом континенте, за океаном. Одна — почти рядом, по меркам планеты.

Я увеличил.

В горах горел жёлтый маркер: «Транспортный узел класса „Бета“ / стационарный ангар. Состояние: неизвестно. Связь: отсутствует. Расстояние: четыре тысячи двести пятьдесят шесть километров».