— Вон чуть правее и впереди образовывается пара мощных сгустков энергии. Мы скоро попадём под них, — оскалилась Виктория-Небула и по её лицу пробежала рябь. — И громоотвод пусть в одно место себе засунут. Он не поможет.

«Поддерживаю, — согласился с ней Карыч. — Эту железную трубу разорвёт пополам».

Я взглянул в иллюминатор, фокусируясь на том, что творилось впереди. Мощные разряды уже сформировались в ломаные столбы энергии, которые потянулись в сторону летящего самолёта.

В салоне авиалайнера зарождалась паника. Кто-то начал причитать, заплакал ребёнок, девушка вскочила с места, но одна из стюардесс принялась её успокаивать.

Впереди образовались уже три молнии. Слепящие, мощные сгустки энергии, которые по ломаной траектории приближались к своей жертве — к стальной коробке с двумя сотнями человек на борту.

— Вик, ты ведь пытаешься сделать то, о чём я подумал? — взглянул я на Викторию, радужка глаз которой мерцала зелёным светом.

— Да, я выжидаю, — одними губами прошелестела Вика-Небула, посматривая вперёд, через обшивку самолёта. Туда, где нас ждала гибель. — Только мне нужна твоя энергия. Положи руку на плечо.

Я так и сделал и почувствовал, как из меня вытягивают силу.

Посматривая в иллюминатор, я видел лишь часть того, что творилось впереди, и ждал очередного удара, которого не последовало.

По обшивке салона пробежали разряды и впитались в Викторию. Кобра выгнулась дугой, заскрипела зубами, затем затряслась под сильнейшими разрядами.

Я продолжал держать руку на её плече, понимая, что если уберу, она может умереть. В школе я учился достаточно хорошо, и по физике у меня была твёрдая четвёрка. Именно поэтому я готовился к получению разряда, который пришёлся на Викторию. Я ведь такой же проводник, как и она. Но… ничего не последовало. Лишь контактная ладонь горела, будто я опустил руку в костёр, да кожу пощипывало.

Ещё пара секунд и Вика-Небула упала на спинку кресла, блаженно улыбнувшись и сияя глазами, словно истощила очередное место силы.

— Всё, — произнесла она, повернувшись ко мне. — Можешь убирать руку.

Я так и сделал, чувствуя, как моя кисть вплоть до локтевого сустава будто налилась свинцом. Да и резкий расход энергии дал о себе знать. Больше половины я отдал Небуле, приняв активное участие в спасении наших жизней. Голова кружилась, но постепенно состояние стабилизировалось.

«Ур-р-ра-а-а! Мы спаслись! Мы живы! — воскликнул Карыч. — И я между прочим, подруга, тоже тебя подпитывал».

«Но толку было от твоих ручейков? — хмыкнула Виктория и тут же поправилась: — Хотя ладно, и на том спасибо».

Я обратил внимание на то, что творилось в салоне лайнера. Уже треть пассажиров разговаривала громко и довольно испуганно, а две стюардессы старались их успокоить. Одной из женщин стало плохо, и тёмненькая стюардесса кинулась за водой и аптечкой.

Сосед побледневшей женщины вывалился из кресла и упал на пол в проходе. Потерял сознание.

— Даже не думала, что люди такие чувствительные к стрессу, — хмыкнула Вика, посматривая за стюардессой, которая совала ватку с нашатырём под нос потерявшему сознание.

Подумал и решил помочь. Мало ли что там стряслось.

— Сейчас вернусь, — сухо бросил я, не слыша, что мне ответила Виктория. Всё моё внимание было переключено на пожилого мужчину, замершего на полу на спине.

— Добрый день, я целитель, — присел я на корточки возле него, напротив побледневшей стюардессы, показал корочку. — Уберите нашатырь, он так просто не очнётся.

— Как это не очнётся? — замерла девушка, округляя глаза. Кажется, ещё немного и ей понадобится помощь.

— Главное не мешайте, я вам потом всё объясню, — я закатал рукава рубахи, вновь обратил внимание на диагностический щуп, который уже погрузил в тело потерявшего сознание.

Симптомы очень напоминали инфаркт миокарда. Он явно почувствовал боль за грудиной, потерял сознание. Его артериальное давление существенно понизилось.

Но всё же это был отдельный и нечасто встречающийся случай.

«Синдром разбитого сердца» или кардиомиопатия такоцубо. Здесь этот случай назывался кардиомиопатией Врунгеля.

Обычно она возникает на фоне сильного эмоционального потрясения, включая испуг.

И вывод сделал я по изменению строения сердца, точнее его левого желудочка. Под влиянием гормонов стресса, а точнее после того как в кровь выплеснулась солидная доза адреналина и нор-адреналина, желудочек резко поменял свою форму. Его верхушка раздулась, а основание сузилось. Буквально в этот момент сердце перестало эффективно перекачивать кровь, хотя сосуды были почти чистыми, без атеросклеротических бляшек.