Если Витигис должен был править, то Теодахад должен был умереть. Новый король со всеми своими недостатками не смог бы получить авторитет, если бы в Италии оставался священный король из древней династии Амалунгов. Был отдан приказ схватить Теодахада живым или мертвым. Теодахад, который находился в Риме, попытался бежать в Равенну, но по дороге был схвачен и умерщвлен. [28] У Теодахада были веские причины раскаиваться в том, что он попал в сети Феодоры. Вместе с Теодахадом закончилась череда королей из династии Амалунгов, первых политически значимых королей Северной Европы.

Декабрь. В первую неделю месяца Витигис вступил в Рим и созвал встречу. Поскольку с севера готам угрожали франки, а с юга имперские силы, Витигис предложил сначала избавиться от франкской угрозы, а потом, повернув на юг и собрав все силы, выйти навстречу Велизарию. У такого решения были веские основания: войско можно было набрать только в Северной Италии, где жило подавляющее большинство готов. Не было очевидных причин идти на юг, а потом возвращаться на север, если была возможность сделать все в одном месте. Этот взгляд был принят, и совет одобрил план действий нового короля.

При прочих равных условиях здравый смысл, как правило, отказывает, если ему приходится иметь дело с донкихотским гением. Данный случай не стал исключением из этого правила. Витигис рассчитывал, соблюдая заведенный порядок действий, вывести в поле превосходящее противника по численности войско в нужное время, в нужном месте и при нормальном течении событий выиграть сражение. То были вполне обоснованные надежды, и совет готов (а в нем заседали отнюдь не профаны в военном деле) одобрил их. Итак, готское воинство отправилось на север, чтобы соединиться с новыми рекрутами, а Велизарий со своей маленькой армией совершил стремительный марш и занял Рим в тот момент, когда готы покинули его.

Прибыв в Равенну, Витигис первым делом женился на Матасунте, дочери Амаласунты, сестре Аталариха. Эта женщина, наследница Амалунгов, могла придать некое подобие легитимности правлению Витигиса. Ее дети будут прямыми потомками Теодориха. Матасунта не высказала особого восторга, узнав о такой перспективе, но была вынуждена подчиниться. Ее симпатии и темперамент были сродни ее матери. Она не радовалась бракосочетанию с человеком, который был ниже ее по рождению. Ей также не нравились нынешняя политика готского государства и методы ее проведения.

После этого Витигис провел переговоры с франками, которые по наущению Юстиниана совершили отвлекающий маневр (как мы видели, вполне успешный) в пользу Велизария, вторгшись на север. Теодахад, близкий франкам по духу, хорошо понимал, как следует вести с ними дела. Делая небольшие территориальные уступки и платя деньги, он даже сумел заручиться обещанием поддержки в случае войны. Сейчас Витигис предложил подтвердить это соглашение, и франки изъявили согласие заключить его с преемником Теодахада. В то же время они сумели остаться в дружеских отношениях с Юстинианом и даже послали ему на помощь воинов других национальностей. Франкам было решительно невозможно подсунуть фальшивую монету. Короли не рассматривали соглашение с готами как обязательство с того момента, когда появился Юстиниан и появилась надежда на уступки больших территорий с его стороны.

Витигис обратился с письмом и к Юстиниану. Король подчеркивал, что поскольку причиной вторжения в Италию послужило заключение и убийство Амаласунты, то теперь она исчезла в связи со смертью Теодахада и восшествием на престол Витигиса, который призвал всех епископов Италии молить Господа о мире. Витигис не скрывал, что, так же как и Теодахад, он желает только мира. Ответ Юстиниана не сохранился. Вероятно, он напомнил Витигису, что самый надежный и быстрый путь к миру — безусловная капитуляция.

Такой выход не соответствовал замыслам Витигиса. В начале года готское войско было набрано, и в феврале начался поход на Рим. Готский король повел на врага двадцатитысячную армию, [29] ядро которой составляли закованные в броню рыцари на защищенных доспехами конях. В это время маленькая итальянская армия Велизария начала спешно заниматься земляными работами и восстановлением каменных стен, отчаянно торопясь сделать Рим пригодным к обороне.

Приближение готов заставило вернуть все дозорные отряды, высланные Велизарием на север для наблюдения за продвижением неприятеля. Императорский полководец укрепился в Перудже, Сполетии и Нарнии. Укрепление последней вынудило готов покинуть Фламиниеву дорогу и пойти к Риму через Сабинию — по Салариевой дороге. Велизарий, предвидя это, поставил укрепление на пересечении этой дороги с Анио. На следующий день Велизарий во главе своего комитата отправился туда и обнаружил, что гарнизон без приказа покинул укрепление, а на мосту уже готская конница! Последовала скоротечная схватка. Велизарий ехал на прекрасно обученном боевом коне с белой звездочкой во лбу. Когда Велизарий выехал вперед, его коня сразу приметили, и среди готов разнеслись слова: «Стреляйте в белую звездочку!» Большинство готских воинов не знало, кто сидит на этой лошади, но воины подчинились приказу, и Велизарий сразу оказался в центре ожесточенной схватки. Полководец энергично защищался до тех пор, пока его комитат не сомкнул строй, защитив своего командира и отразив все попытки врага пробиться к Велизарию. Это было первое боевое столкновение имперских сил с готским племенем, и выходцы с востока проявили в нем свой горячий темперамент. В рукопашной схватке пала тысяча готов, а уцелевшие были оттеснены.