Шкатулку он понес было графине Тринии, но та взмахом руки указала на Астольфо.

–  Пожалуйста, как следует рассмотри драгоценный камень, который там находится. Хотелось бы знать, что ты о нем думаешь.

Астольфо взял шкатулку у пожилого синьора и открыл ее. На мягком фиолетовом бархате лежал алмаз размером с яблоко-кислицу.

Хотя я стоял более чем в семи шагах, ослепительный свет ударил мне в глаза, словно камень вобрал в себя пламя всех свечей, прежде чем разлить это сияние тысячей теплых лучей по большому залу.

Астольфо долго не отрывал взгляда от необыкновенного камня, прежде чем спросить графиню:

–  Позволено ли мне будет взять его в руку, синьора? Графиня милостиво наклонила голову.

Астольфо держал камень перед глазами большим и указательным пальцами, глядя сквозь него. Потом медленно повернулся на каблуках, так что и камень описал полный круг, и стал осторожно переворачивать его снова и снова, осматривая каждую поверхность. Отполированный, но не ограненный, он словно пульсировал, когда свет факелов и свечей пронзал его холодную сердцевину.

Наконец Астольфо бережно положил драгоценность на место и поклонился старому придворному, который вернул шкатулку на стол.

–  Итак, - спросила графиня, - что ты там видишь?

–  Точно сказать не могу, - признался Астольфо.
– Сначала мне показалось, что это трещина, потом, скорее, вкрапление. И все же ничто не нарушает внешнюю поверхность. Жаль, я не захватил увеличительное стекло, чтобы сказать точнее.

–  Нет, - покачала головой графиня, - никаких магических стекол! Я им не доверяю! То, что нужно увидеть, следует наблюдать невооруженным глазом. Ты сам скажешь, если заметишь то, что открывается мне.

–  Я видел тень.

–  Вот оно!

Она снова хлопнула в ладоши, испугав и меня, и всю компанию.

–  Я тоже видела тень, жуткую, темную, слизистую, дымную тварь, извивающуюся в самой сердцевине моего камня. Раньше ее не было. Прежде мой алмаз был прозрачным, ярким и сверкающим, как звезда. Сейчас он стал золотистым, желтоватым, и это мне не нравится. Он с каждым днем теряет в цене, верно?

–  Но, синьора, он все равно невероятно дорого стоит.

–  Нет. Говорю тебе, он дешевеет с каждым часом. Почему ты постоянно споришь со мной?

–  Если он не так ярок, как раньше, значит, возможно, поврежден, однако причина мне неизвестна… Могу я спросить, где он был найден и как попал к вам?

–  Не можешь! И я устала от постоянных пререканий. Кробиус, - она показала на старика, который приносил шкатулку с алмазом, - расскажет историю камня, если тебе так уж необходимо ее знать. У меня раскалывается голова, а разум скользит, как копыта осла на политой маслом брусчатке. С меня на сегодня хватит. Когда поймешь, что случилось с моим лучшим алмазом, и найдешь способ его излечить, можешь вернуться, уведомить меня, и я щедро тебя вознагражу. Надеюсь, ты не станешь оспаривать размер суммы, которую я решила тебе выделить. Меня тошнит от постоянных возражений.

–  Синьора…

Старик подошел к нам, поклонился и направился к двери в дальнем конце зала. Мы последовали за ним на почтительном расстоянии.

В маленькой комнате рядом с парадным залом было тихо. Единственная лампа с абажуром в виде чаши, стоявшая в центре стола между четырех стульев, лила яркий свет, и Кробиус поставил под ней шкатулку с драгоценным камнем. Только сейчас я рассмотрел Кро-биуса поближе: тощая серебристая бородка, острый конец которой исчезал за треугольным вырезом мягкого воротника; усталый мягкий голос и тонкие желтоватые пальцы патрицианского философа. Прежде всего он усадил нас и предложил освежающие напитки, от которых Астольфо вежливо отказался. Я, разумеется, последовал его примеру. Затем Кробиус устроился между нами и объяснил, что о происхождении и появлении алмаза, который так тревожил графиню, почти ничего не известно.

–  Но как это может быть?
– удивился Астольфо.
– Такой красивый камень должен иметь долгую и бурную историю.

–  Возможно, и так, но об этой истории мы ничего не знаем, - чрезвычайно спокойным, почти гипнотически-размеренным голосом продолжал Кробиус.
– Он был найден в вещах Тайрина Бланци, второго мужа графини. Когда-то семейство Бланци считалось одним из самых богатых и могущественных в торговом мире, но потом для него настали тяжелые времена. Как многие торговые компании, семейство посылало корабли в гибельные моря на севере, надеясь на выгодный обмен с лесными племенами Джастерленда и рыбаками с островов Авроры. Но мятежи и пиратство нанесли суровые, а под конец и смертельные удары торговым предприятиям Бланци, и они стали получать доходы исключительно от арендаторов своих поместий. Кое-кто предполагал, что алмаз был получен в результате выгодной торговой операции, но нигде не найдено ни единой записи о его происхождении.

–  И сколько времени прошло со смерти Бланци до обнаружения алмаза?
– осведомился Астольфо.

–  Добрых два года, - подумав, ответил Кробиус.
– Графиня к тому времени снова вышла замуж и подумала, что неплохо было бы разобрать вещи покойного мужа, а кое-что, если понадобится, продать. В одном из морских сундуков она нашла шкатулку с камнем.

–  Скажи, тогда он был в таком же состоянии, как и сейчас?

–  Я не слишком разбираюсь в камнях. Но, по-моему, с тех пор он изменился. Графиня утверждает, что он «позолотел», и мне это кажется наиболее подходящим определением.