— Добрый день, леди Давенпорт, я от всего сердца приветствую точность!

— Добрый день, мадам Лайтфут! — ответила Диана, обрадовавшись, что она не пришла раньше назначенного времени!

Мадам провела ее в просторную студию с зеркальными стенами, сняла шляпу, поправила свой серый парик и возвестила:

— Чувствуйте себя как дома. Я вернусь через минуту.

Диана с удовольствием огляделась. Она видела свое отражение во всех зеркалах. Комната была задумана так, чтобы женщина могла видеть, как она танцует. Замечательно! Диана сняла шляпу, затем решительно стянула парик и встряхнула золотистыми кудрями. Она знала, что у нее красивые волосы, и ненавидела прятать их под париком. Внезапно ей захотелось танцевать. Из окон лился свет, и от зеркал разбегались маленькие радуги. Комната от них потеплела, и на мгновение Диане показалось, что она во власти магических сил.

Она сбросила туфли и начала кружиться. Юбки развевались, обнажая ноги; волосы в беспорядке разметались по плечам.

Вошедшая было в студию мадам Лайтфут замерла на пороге. Она целую минуту смотрела на Диану, потом опустила свою затянутую в корсет фигуру на стул перед пианино и начала играть.

Диана не столько услышала музыку, сколько почувствовала ее и еще быстрее закружилась в такт мелодии, темп которой все ускорялся. Она чувствовала ток крови, наслаждалась движением и чувственно раскачивалась, пока не ощутила биение сердца в горле и пятках. Тогда она упала на колени, подметая роскошными волосами пол, открыла глаза и рассмеялась в лицо своему «церберу».

Мадам медленно произнесла:

— Ты — свободная душа, засидевшаяся в клетке. У тебя такая гибкость, какой я не видела много лет.

Еле переводе дыхание, Диана ответила:

— Если бы не этот жесткий корсет, вот тогда бы я станцевала!

Мадам Лайтфут немного помолчала, а потом заметила:

— Почему бы нам тогда не снять наши корсеты? Мой меня просто убивает! Можешь воспользоваться вон той гардеробной.

Диана с восторгом приняла предложение. Когда она вошла в гардеробную, глаза ее широко раскрылись. На вешалке висели десятки костюмов. Здесь были собраны всевозможные цвета и оттенки, множество тканей. Платья были вышиты стеклярусом, украшены перьями. Диана протянула руку, не в силах удержаться, чтобы не потрогать всю эту роскошь. Она решила, что это танцевальные или театральные костюмы. Возможно, мадам Лайтфут вовсе и не такой уж свирепый дракон, как ей сначала показалось.

Диана сняла корсет и снова надела платье. Она всегда мечтала о костюме. Возможно, мадам Лайтфут ей в этом поможет.

Теперь пришла очередь Дианы замереть на пороге. Мадам уже совсем не напоминала дракона. Она сняла свой серый парик, под которым оказались смоляные кудри, а без корсета сразу стало видно, какой у нее пышный бюст. Удивительно, но она уже не выглядела старой. Впрочем, Диана решила, что молодой ее тоже назвать было нельзя, скорее, женщиной без возраста.

— Мадам Лайтфут…

— О, пожалуйста, зови меня Аллегрой.

Диана моргнула. Даже голос изменился: стал хрипловатым и интригующим.

— Какое красивое имя — Аллегра! Как будто связанное с музыкой.

— Верно. Все мои друзья зовут меня Аллегрой.

— Эти костюмы в гардеробной просто потрясли меня!

— Примерь какой-нибудь, — предложила Аллегра.

— Ой, с удовольствием, спасибо! Я бы все примерила, если можно. Но вообще-то мне хотелось бы сшить свой собственный костюм. Вы мне поможете?

— С радостью. А что ты хочешь?

— Костюм Дианы, богини охоты.

— Ну, разумеется! Какая же великолепная Диана из тебя получится!

— Я представляю себе белую тунику, одно плечо открыто, — отважно продолжила Диана, хотя и знала, что на самом деле у богини должна быть обнажена одна грудь.

— И короткая, — согласилась Аллегра, — чтобы показать твои чудесные ноги.

— Еще золотой лук и стрелы! — с энтузиазмом подхватила Диана.

— И позолоченные сандалии с золотыми лентами, завязанными крест-накрест на лодыжках, и твои собственные, без пудры, роскошные золотистые волосы, струящиеся по спине.

— И золотые амулеты на руках выше локтя, — добавила Диана, завороженная создаваемой ими картиной.

Аллегра, склонив голову набок, наблюдала за прелестной девушкой. Потом заметила:

— Новый «Пантеон» на Оксфорд-стрит открывается костюмированным балом. Ты не хотела бы пойти?

— Я бы с восторгом, но это, конечно, исключено. Пруденс наверняка скажет, что молодым незамужним леди там делать нечего.

— Гм… — только и пробормотала Аллегра.

— Но я все равно хочу иметь этот костюм, — настаивала Диана.

— Хорошо, давай выучим сначала несколько танцевальных па сегодня, а завтрашний день посвятим созданию богини охоты!

На следующий день Диана так весело провела время у Аллегры, что от души жалела, что не может пойти к ней еще и в среду. Но с этого дня все среды она должна была посвящать этому храму светского общества — «Алмаку».

Пруденс выбрала для себя платье из тафты модного яблочно-зеленого цвета, называемого «помона», которое только подчеркивало ее полноту. Когда же появилась Диана, она просияла от удовольствия, что заставило девушку тут же усомниться в своей привлекательности. Это было ее первое бальное платье, и корсет и три нижние юбки очень ее стесняли. Пруденс позволила ей самой выбрать цвет. «Тоже мне выбор — между детским розовым и наивно голубым!» — подумала Диана. Ворот у платья был высоким, а весь лиф покрыт мелкими оборками. Это надо же было так расплющить ее грудь, чтобы потребовались оборки для ее увеличения!