Никаких серьезных дел Ирка не задумывала – всего лишь хотела опробовать пару приемов из тех, что пришли ей в голову. Гройс и не предполагал, какую бурю эмоций вызвал в душе своей подопечной, бросив, что для казино они слишком мелко плавают – теперь Ирка горела желанием доказать, что из нее выйдет куда лучший пловец, чем полагает дед.

«Считай, что сдаешь экзамен. Новая ступень обучения. Парнем я уже была, Девушкой с гладиолусами тоже, Богиня Страсти вообще пройденный этап… Надо придумать, кем явиться в казино».

Она не стала сильно мудрить со своей внешностью. Из пяти париков выбрала один: короткие волосы, торчащие «ежиком», окрашенным в популярный в этом сезоне цвет «черный перец с солью». Парик сразу сделал ее старше лет на пять, а когда Ирка закончила макияж, нарисовав себе густые брови под цвет новых волос и очертив алой помадой рот, а потом надела и небрежно сдвинула на одно плечо тонкий черный джемпер, в зеркале отразилась молодая женщина лет двадцати пяти, богема не богема, но с отчетливым налетом принадлежности к творческой среде. Для завершения картины Ирка закурила, красиво изгибая запястье, произнесла несколько фраз голосом ниже своего обычного и осталась довольна увиденным. Художница или, может быть, малоизвестная актриса… Женщина, вполне вписывающаяся в образ игрока.

Она вызвала такси и ушла из дома за десять минут до возвращения старика, написав ему записку: «Убежала на свидание! Целую, Ирка». Прочитав ее, Гройс тяжело вздохнул и зачем-то сообщил попугаю, что тот – бессмысленная птица, на что Прохор обиделся и ушел клевать второй стул. Если бы Михаил Степанович знал, куда на самом деле отправилась девушка и что она намеревается делать, он лег бы перед входом в казино, лишь бы не пустить ее. Но Гройс оставался в полном неведении, уверенный, что Ирка налаживает личную жизнь, и все его тревоги были связаны лишь с тем, что девочка слишком рано связалась со взрослым мужчиной.

Андрею Бондареву в этот вечер везло. Сперва он выиграл в автоматах, затем удача улыбнулась ему за рулеткой, и в последний час он пересаживался с одного стола за другой, ставил понемногу то тут, то там и в целом постоянно оставался в небольшом плюсе.

Брюнетку с сединой он заметил, когда вернулся за покерный стол. Эту моду красить волосы в старушечий цвет он считал идиотской, но брюнетке, как ни странно, седина шла – делала ее интереснее и заметнее. Играла она скучно, как новичок, больше болтала с дилером и сидевшим рядом подвыпившим толстосумом, кокетничая и смеясь, и поначалу Андрей решил, что перед ним девица, ищущая состоятельного мужчину. В казино таких всегда много. Но что-то не то во внешности, не то в поведении брюнетки казалось ему странным, и он пригляделся, стараясь, чтобы его интерес не бросался в глаза.

Ирка чувствовала себя в ударе. Во-первых, она немного выиграла в рулетку, и выигрыш утвердил ее в мысли, что она все делает правильно. Во-вторых, клиент нашелся очень быстро – сидел рядом, за игрой следил невнимательно, постоянно выпивал, фишки разбросал так, будто нарочно старался помочь девушке. Немного смущал Ирку лишь тип, игравший напротив – молчаливый стриженый парень из рода качков, но с подозрительно умными глазами. Поначалу девушке показалось, что он посматривает на нее, но вскоре стриженый целиком ушел в игру, и Ирка расслабилась: «Обычный интерес игрока. Или мужчины». Она повела обнаженным плечом, но парень больше не обращал на нее внимания, и девушка принялась ждать подходящего момента.

Она уже тренировалась дома в этом джемпере, но понимала, что в казино все пойдет по-другому. Правда, до сих пор игравший рядом толстяк с переваливающимся через ремень пузом словно помогал ей. Но все могло измениться в любую секунду, стоило ему только собрать разбросанные по столу фишки.

«Не уходи, дорогой, – мысленно попросила Ирка. – Поиграй еще немного».

Она звонко рассмеялась бородатой шутке своего соседа, и тот остался за столом.

В углу раздался какой-то шум, и крупье непроизвольно взглянул в направлении источника звука. Толстопузый обернулся, и в ту же секунду Ирка подалась вперед, протянула руку, передвигая фишки. Затем чинно села, одернула рукав свитера, все время сползавшего на правое плечо, дождалась конца игры и встала – к разочарованию своего соседа.

– Я еще вернусь, – улыбнулась она. – Вы – моя удача.

И отправилась, покачивая бедрами, в дальний конец зала – менять выигранные фишки.

Андрей едва удержался, чтобы не присвистнуть. Ай да брюнеточка! Ай да фокусница! Он никогда прежде не видел такого простого и нахального увода фишек. «Черт знает, из чего у нее рукав, но то, что фишки толстопуза прилипли к нему, – это факт».

Теперь он следил за девицей куда внимательнее. Бондарев ожидал, что она уйдет – забранные у толстяка фишки были вполне достаточным уловом. Но, похоже, брюнетка так не считала. За стол к раззяве она больше не вернулась, а обосновалась возле рулетки, и Андрей, помедлив, решил присоединиться к ней.

Здесь собралось немного игроков, но игра шла напряженная, азартная. Больше всего криков исходило от двух бородатых приятелей, похожих на геологов, радостно обнимавшихся, когда их ставка выигрывала, и отчаянно ругавшихся, когда шарик замирал на «чистом» секторе. Еще один участник игры, лысый мужчина с сосредоточенным лицом, не отрывал взгляда от рулетки и едва заметно шевелил губами – пытался высчитать, куда в следующий раз попадет шарик. Бондарев догадывался, что женщина в черном свитере выбрала этот стол именно потому, что здесь было шумно, но не мог понять, что она собирается делать. «Может, решила просто сыграть?»