— Как ты догадалась? — Водянистые глаза внимательно смотрели на меня сквозь облик Жака.

Большинство паранормальных даже не подозревают о моих способностях. И мне это нравится.

— Ракель никогда не отправила бы меня «немного прогуляться».

Двойник Жака тряхнул головой. Он подошел еще ближе, и я принялась изучать его лицо, пытаясь определить его настоящие черты. Но мне удавалось сфокусироваться только на его глазах. Он выпрямился с потрясенным видом. Надо отдать должное этому водяному парню, он умудрился сделать лицо Жака более выразительным, чем это удавалось самому Жаку.

— Ты меня видишь, — прошептал он.

— Да что ты? Вообще-то, ты стоишь прямо передо мной. На тебе облик Жака. И он идет тебе больше, чем облик Ракель.

Он снова улыбнулся. Вдруг его кожа покрылась легкой рябью, как вода во время ветра, и облик Жака растаял. Почти неразличимый глазу, парень пересек камеру и, не говоря ни слова, рухнул на пол.

Только заметив, что парень смотрит на меня в упор, я сообразила, что это была проверка — он хотел выяснить, буду ли я следить за его движениями, пока он невидим. Вдруг его черты начали обретать цвет, и в резкой вспышке света я вдруг увидела саму себя — точную копию, вплоть до пышного ярко-розового платья.

— Ты можешь видеть меня, — произнесли его губы моим собственным, слегка удивленным голосом.

— Эви! — Прямо к нам по коридору направлялась Ракель, стуча своими суперпрактичными (и не менее уродливыми) черными лодочками. Между ее бровями пролегла глубокая морщина. Ну, все, попалась. — Ты не должна здесь находиться!

— Ну, если тебе от этого будет легче, я нахожусь еще вон там, — я показала на камеру. Ракель застыла как вкопанная, а ее нахмуренные брови поползли вверх, как только она увидела моего двойника за стеклом.

— Любопытно, — прошептала она.

— Отстой.

Мой двойник зевнул и накрутил на палец свою, то есть мою, платиновую прядь.

— Что ты за существо? — Ракель внезапно заговорила деловым тоном.

Мой двойник наградил ее ехидной ухмылкой. Наблюдать за своим собственным лицом и телом, проделывающим все это, было как-то неловко. Я впервые заметила детали, на которые раньше не обращала внимания — это было совсем иначе, чем в зеркале. Мой двойник снова взглянул на меня, встряхивая своей — или моей? — головой.

— У меня никак не получается твой цвет глаз.

Он встал и снова приблизился к самому краю электрического поля, внимательно вглядываясь в мое лицо. Я не могла удержаться от того, чтобы оценить себя со стороны. Симпатичная. Худая, конечно, но я с детства была тощей, как жердь и, к сожалению, не отличалась роскошными формами.

Все это начало выводить меня из себя. Я нахмурилась.

— Перестань!

Но мой двойник продолжал всматриваться в меня моими же собственными глазами. Я сфокусировалась на его настоящем лице и поняла, что он перебирает цвета.

— Нет, не совсем, — бормотал он. — Чересчур серебристые. Теперь слишком темные. Они гораздо светлее.

— Тут он был прав. Мои глаза были такого светлого серого оттенка, что казались вовсе бесцветными. Какого же они цвета? — Мой двойник принял задумчивый вид. Теперь его глаза замерцали: оттенки менялись с такой скоростью, как будто он включил ускоренную перемотку. — Цвета облачного неба с едва заметным намеком на приближение дождя.

— Как лед, что на солнце тает, — выпалила я, не задумываясь.

Мой двойник резко выпрямился и отступил в угол камеры. Я увидела на собственном лице смесь страха и недоверия.

— Точно, — прошептал он.

— Где Дениз? — спросила Ракель требовательным тоном, в упор глядя на водяного парня.

Я вздохнула с облегчением: мой облик растаял, уступив место Дениз.

— Там, где я ее оставил, — ответил двойник Дениз, не спуская глаз с меня.

— И где же это?

— В осиновой роще. Вам не составит труда ее отыскать.

— Отыскать Дениз или ее тело? — В голосе Ракель зазвучали металлические нотки.

Двойник Дениз закатил глаза.

— Отделается мигренью. Честное слово, вы что, монстром меня считаете? — Его губы скривились в иронической усмешке.

— А что же ты, если не монстр?

— Ну вот, уже грубите. А нас ведь даже не представили друг другу.

Ракель ограничилась очередным вздохом, говорящим «еще немного, и мой электрошокер сделает его послушным». Я быстро вмешалась, пока водяной парень не устроил себе настоящие неприятности.