Комната была заполнена мечущимися, сражающимися тенями. Кин еле успела увернуться от одетого в кожу мужчины, спасающегося бегством от другого, высокого и размахивающего топором. Кин вскинула парализатор и нажала на спуск.

Действие парализатора обычно не было молниеносным. Оба человека продолжили свой бег. Но через секунду их ноги подогнулись, и они оба, как ватные куклы, упали на пол. И тот и другой крепко спали.

Кин перевела парализатор на максимальный угол поражения и минимальную мощность и принялась равномерно водить рукой из стороны в сторону как косой.

Замахнувшийся на Кин мечом здоровый норвежец как был, так и уснул стоя, молча повалившись на нее и сбив с ног своей стокилограммовой тушей.

Несколько мгновений она барахталась под ним, задыхаясь от запаха застарелого пота и плохо выделанной кожи, затем резко перевернулась на бок и освободилась. В момент столкновения парализатор выпал у нее из руки. Кин поднялась с пола как раз вовремя, чтобы насладиться видом гигантского норвежца, с детским любопытством заглядывающего в отверстие ствола. Выражение крайнего интереса на его лице сменилось ужасным смятением, постепенно перешедшим к абсолютному умиротворению. Он грохнулся во весь рост, как подрубленное дерево.

С диким воплем на Кин бросился очередной боец. Она встретила его прямым ударом в челюсть и следующим, изо всех сил, в низ живота. Кин была удовлетворена удивлением и испугом, мелькнувшим в глазах парня перед тем как он, хватая воздух открытым ртом, пал перед ней на колени, держась обеими руками за пах.

Основная схватка уже угасла, со всех сторон раздавались только нечленораздельный гомон и ругань. Большинство мужчин бестолково шаталось по комнате, слепо натыкаясь друг на друга и на стены.

Она сделала несколько шагов и поскользнулась на подозрительно мокром и липком полу. За спинами маячащих перед ней фигур Кин открылось фантастическое зрелище — Марко, подобный демону, с мечом в каждой из четырех рук, прыгал у стены в свете факелов. Синтезатор у его ног наполнял помещение сладким густым запахом.

Раздался яростный рев, и в дверном проеме появился Эйрик. Его лицо было перекошено от злости. Опираясь на палку и волоча ногу, он вошел внутрь.

Именно в этот момент обрушилась крыша, и тусклый свет раннего утра осветил место сражения. Один из норвежцев попятился, толкнув Кин, и она сшибла его с ног ловкой подсечкой. Часть внешней стены развалилось, усеяв камнями пол. На секунду мелькнули мощные, покрытые белой шерстью ноги.

На фоне наполняющегося рассветным багрянцем неба в дыре наверху появился темный силуэт Сильвер. Наступила тишина, нарушаемая только стонами раненых и стуком осыпающихся камней.

Сильвер испустила мощный рык. Последовал короткий момент легкой суеты у дверей, когда все, кто мог двигаться, поспешили вон.

Кин бросила взгляд себе под ноги. Оказалось, что она стоит по щиколотку в густой пенистой луже.

Она перевела взгляд на синтезатор. Из выходного отверстия машины била желто-коричневая струя, питая разрастающуюся лужу под ногами. Марко уставился на Кин, стараясь сфокусировать разъезжающиеся в стороны глаза. Но затем оставил свои попытки, глубоко вздохнул и упал навзничь.

Догадываясь, что это может быть, Кин набрала в сложенные ковшиком руки льющейся из синтезатора жидкости и попробовала. Напиток был крепким и сладковатым на вкус, близким в первоклассному пиву. Лужа на полу постепенно окрашивалась в более темный цвет, смешиваясь с кровью около тел раненных.

Кин перекрыла поток из синтезатора и заказала машине отрезвляющее средство. Дождавшись появления чашки с прозрачным голубым составом, Кин подняла голову кунгийца за красный вихор и, опрокинув единым махом содержимое чашки ему в рот, позволила ему снова безвольно растянуться на полу.

Сильвер спрыгнула в дом сквозь дыру в крыше и вместе с Кин занялась осмотром помещения. Синтезатор был установлен на производство заживляющих и скрепляющих раны препаратов и мазей, имеющихся в предварительно установленном наборе программ. Кроме того, после некоторых колебаний, Кин изготовила также стимуляторы регенерации членов тела. Обычно применение таких оригинальных препаратов не поощрялось по причине возможного последующего морального шока, но какая теперь разница, черт возьми! Этот диск сам мог стать одним большим моральным шоком для кого угодно. Кин принялась замазывать стимулятором как глиной, торчащие обрубки рук и ног у некоторых раненных. «Будем уповать на благоприятный исход дел», — решила она.

Со стороны Марко донесся стон. Он уже успел придти в себя и сидел, оперевшись спиной о стену. Вид у него был крайне виноватый. Кин решила игнорировать его.

— Парни Лейва рассказали остальным о том, как я угощал их выпивкой на лодке, получая ее из синтезатора, — извиняющимся тоном сказал он. — Пришлось им показать. А потом они стали совсем неуправляемыми и начали требовать еще и еще. А затем начали драться.

— Дерьмовая валгальская машинка, — выругалась Кин, опять принимаясь за работу.