А они и ухом не ведут, лежат, словно ничего не слышат.

Рассердился хозяин и давай их палкой бить сплеча.

Ударил он верблюда тридцать девять раз — ничего, а как замахнулся в сороковой — заревел верблюд и вскочил на ноги.

— То-то же, — сказал хозяин, — давно бы так! — А сам принялся за осла.

Ударил он его сорок раз — осёл и не охнул, ударил пятьдесят раз — осёл и не вздрогнул, ударил шестьдесят раз — как лежал осёл, так и лежит.

Видит хозяин — дело плохо: должно быть, подыхать собрался осёл. Велика беда, да что поделаешь.

Снял он с осла поклажу, взвалил её на верблюда и тронулся в путь.

Еле шагает верблюд под вьюком, клянёт осла:

— Проклятый осёл, из-за тебя я битый иду, двойную кладь несу!

А осёл подождал, пока хозяин с верблюдом скрылись за перевалом, потом поднялся и пустился бежать, не глядя под ноги.

Бежал он три дня, перебежал три горы и три долины и наконец достиг широкой поляны у быстрой реки.

Ослу понравилась поляна, тут он и поселился. А теми землями уже много лет правил могущественный тигр.

Однажды надумал тигр осмотреть свои владения. Вышел он в путь утром, а в полдень набрёл на осла.

Ходит себе осёл по поляне, помахивает хвостом, ест траву.

Тигр думает: «Что за зверь? Никогда не видел такого».

А осёл взглянул на тигра и обомлел. «Ну, — думает, — пришёл мой конец! — И решил он про себя: — Чем умирать не защищаясь, покажу-ка я лучше страшному зверю свою отвагу».

Поднял он хвост, взмахнул ушами, раскрыл пошире рот да как затрубит во всё своё ослиное горло!

У тигра и свет в глазах помутился. Кинулся он назад, бежит что есть мочи, боится оглянуться.

По дороге встречается ему волк:

— Кого ты так испугался, повелитель?

— Испугался я зверя, страшнее которого нет на свете: вместо ушей у него крылья, пасть у него, как бездна, а ревёт он так, что земля содрогается и меркнет небо.

— Постой, постой, — говорит волк, — да уж не с ослом ли ты повстречался? Так оно и есть. Ладно же, завтра мы с тобой скрутим его арканом.

На другой день волк добыл аркан, один конец аркана привязал он к шее тигра, а другой — к своей шее, и так они отправились на поляну.

Волк идёт впереди, а тигр сзади — всё упирается.

Приметил их осёл издали и опять за своё: хвост кверху, пасть настежь — и заревел громче прежнего.

Тут тигр и кричит волку:

— Э-э, приятель, да ты, видно, тащишь меня на съедение этому чудовищу! — Рванулся он изо всех сил в сторону — у волка и голова долой.

Прибежал тигр домой, не может отдышаться.

В это время прилетела к нему сорока. Натрещала, налопотала, расспросила тигра обо всём, а потом и говорит:

— Погоди-ка, слетаю я на поляну, погляжу, что за зверь там ходит и что он делает. Разведаю всё подробно и доложу тебе.

Полетела сорока на поляну.

А осёл заметил её издали, лёг на землю и вытянул ноги, будто мёртвый.

Сорока глянула вниз и обрадовалась: страшный-то зверь околел!

Спустилась она прямо на осла, расхаживает по нему взад и вперёд, придумывает, что бы такое наврать тигру о своей победе над чудовищем.

Вдруг на свою беду заметила она на земле пшеничное зернышко, совсем уже нацелилась клювом, да оступилась и попала головой ослу между колен.

Тут-то осёл и ожил. Зажал он ногами сороку покрепче и давай её хлестать хвостом. Хлестал-хлестал — только пёрышки от сороки летели во все стороны. А потом как поддаст её копытом — покатилась сорока на край поляны.

Отлежалась она здесь, опомнилась и кое-как, бочком-бочком, кряхтя да охая, полетела обратно.

Летит и ещё издали кричит тигру:

— Беги отсюда подальше, покуда цел! Навеки меня искалечил проклятый зверь! Смотри, как бы с тобой того же не было.

Совсем оробел тигр. Собрал он свои пожитки и навсегда ушёл в чужие страны.

А храбрый осёл и доныне живёт на широкой поляне.

Три друга

Может, было то, может, не было, — подружились, говорят, когда-то, подружились и побратались козлёнок, ягнёнок и телёнок.

Раз козлёнок поглядел на дальнюю гору и говорит:

— Братцы, кто из вас видел, как солнце по вечерам уходит за гору?