Когда происходит подобная релаксация сознания, пусть даже на короткое время, восприятие окружающей действительности изменяется. Она начинает восприниматься непосредственно, минуя фильтр концептуального мышления. Что же мы в этом случае видим и чувствуем? Все начинает казаться ярче и полнее. Мы приходим к выводу, что нам не требуется ничего кроме того, что у нас уже есть. Мы с удивлением замечаем, насколько прекрасно и чудесно все, что нас окружает.

Люди часто допускают ошибку, откладывая счастье на потом. Мы так заняты своими делами и целями, что забываем о счастье, которое доступно прямо сейчас. А достигнув цели, которая казалась нам такой важной, мы вдруг обнаруживаем, что счастье опять ускользнуло от нас, поскольку нам хочется уже чего-то другого. Будда хорошо понимал это. Он учил, что каждое исполненное желание порождает новое желание. Такова природа бытия. Вы никогда не добьетесь счастья, реализуя все новые цели и накапливая все больше приобретений. Счастье в том, чтобы наслаждаться процессом движения к цели и ценить каждый момент жизни.

Старайтесь в каждом прожитом дне находить радостные и счастливые события. Вы сами заметите, как их много. Думайте о счастье как о состоянии, которое можно пережить множество раз в течение одного дня.

Мы стремимся к счастью, к тому, чтобы жить полной и насыщенной жизнью и быть в ладу с самими собой. Мы ищем счастье где угодно, но только не там, где находимся в данное время. Довольно искать. Приглядитесь к окружающей жизни — и вы обнаружите, что оно доступно вам в любой момент. Все мы являемся участниками увлекательного путешествия, которое происходит прямо сейчас.

Вера не слепа, она все видит.

искал», — подумал я, всматриваясь в красоту девственной природы. Я стоял в тени гордо возвышавшихся красных кедров. Пробивавшиеся сквозь листву лучи солнца придавали сюрреалистический золотисто-изумрудный оттенок заросшим мхом ветвям и мягко рассеивались по причудливой и пестрой мозаике подлеска. В десяти метрах от меня грациозно заходила на посадку большая голубая цапля.

Я два месяца искал место, где можно построить небольшой домик. Все, что я видел до этого, меня не устраивало, но я был уверен, что где-то должно существовать идеальное место, и не прекращал поисков.

И вот наконец я его нашел. Это место было изолировано от окружавшего мира, но находилось недалеко от заканчивавшейся тупиком дороги, по которой можно было подвезти стройматериалы. Более того, у меня на руках было разрешение на строительство. Неподалеку я заметил построенную бобрами плотину. Я не мог не подумать о символичности ситуации: бобры строят новый дом как раз там, где я собираюсь начать новую жизнь.

Спустя неделю суровая реальность затмила созданный мною романтический образ скромного домика в лесу. Мне пришлось перетаскивать на себе бесчисленное количество громадных листов фанеры, черепицы и домашней утвари, включая кухонную мойку. В мою первоначальную идеальную картину не входили и комары. От работы у меня разламывалась спина, но, как бы то ни было, через десять недель мой дом с двускатной крышей в основном был готов.

В первую ночь я лежал в кровати, прислушиваясь к тому, как рядышком усердно трудились бобры. Звонкие шлепки их хвостов по поверхности воды ясно свидетельствовали о том, что их работа еще не закончена. Лягушки (похоже, их тут были тысячи) затянули серенаду. Такого я еще не слышал. Звук нарастал волнами. Сначала вступало лишь несколько лягушек, затем к ним подключалось все больше и больше голосов до тех пор, пока не начинала вибрировать вся поверхность пруда, а потом все постепенно стихало. Волны звука следовали друг за другом в каком-то загадочном ритме. Я лежал завороженный, будто мне удалось подслушать одну из чудесных тайн природы.

Эту ночь я провел почти без сна. Я начал новую жизнь, но понятия не имел, куда она приведет. Я бросил хорошо оплачиваемую работу в Торонто и уехал почти за 3 тысячи миль, чтобы построить уединенный домик в лесу на Северо-западном побережье. Теперь у меня не было ни безопасности, ни планов, ни средств на жизнь.

Когда люди спрашивали, зачем я все это делаю, мне трудно было найти ответ. Обычно я пожимал плечами или выдумывал какие-то причины, но на самом деле никаких причин у меня не было, кроме внутреннего ощущения, что я поступаю правильно. Я верил, что это чувство приведет меня к чему-то ценному, и надеялся, что у всего происходящего когда-нибудь появится смысл. Все мои поступки основывались на интуиции и вере в лучшее. Я еще никогда не чувствовал себя таким уязвимым и в то же время уверенным.

Я тогда и подумать не мог, что эти три года, проведенные в лесу, станут поворотной точкой всей моей жизни.

Почему одним людям вера в будущее позволяет совершать такие сумасбродные поступки, а другим — нет? Как они приходят к таким решениям? Каким образом внутренний голос пересиливает здравый смысл и помогает преодолеть все препятствия на пути к мечте?

В детском возрасте мы, естественно, не испытывали недостатка в смелости. Природная любознательность побуждала нас исследовать окружающий мир, приобретать различные навыки. Берясь за какое-то новое дело, мы никогда не задавали себе вопрос: «Интересно, сработает это или нет?» Мы просто делали это. Мы доверяли жизни. Но с возрастом растеряли значительную часть этой способности.