внезапно занесло и начало бросать из стороны в сторону. Судорожно вцепившись в руль, я сумел остановить ее и выбрался наружу. Так и есть: спустило колесо. Я выехал с достаточным запасом по времени, чтобы успеть на паром, а теперь получается, что еле успеваю.

Быстро поменяв колесо, я вновь отправился в путь, с тревогой поглядывая на часы. Может быть, мне повезет, и я еще успею. А может быть, паром отойдет с опозданием. Но, сделав последний поворот, я увидел, что паром уже отчалил. «Не повезло», — сказал я себе. Теперь надо было думать, чем занять себя до следующего парома. Дело происходило воскресным утром в порту Ганджес-Харбор на острове Солт-Спринг.

Я прошелся до пристани, вдоль которой выстроилось множество рыбацких лодок и парусных яхт. Я люблю лодки и готов рассматривать их бесконечно. С одной рыбацкой лодки неподалеку от меня разгружали свежего кижуча и тут же продавали его. Торговля шла бойко. Немного дальше стояли прогулочные катера, которые загружались съестными припасами и заправлялись топливом. Шумная стая чаек дралась за брошенный кем-то кусок хлеба.

В самом конце причала я увидел классическую деревянную гафельную яхту, покачивавшуюся на волнах от проходивших мимо судов. Палуба и рубка были изготовлены из кедровых досок, скрепленных деревянными нагелями. На двери я заметил табличку: «Продается». Я всегда мечтал купить себе парусную яхту.

Я подошел к самому краю причала, чтобы рассмотреть ее поближе. Каждая деталь была изготовлена с необычайным мастерством. «Похоже, кто-то потратил немало времени, чтобы построить ее», — подумал я. В это время открылся один из люков и оттуда вынырнула чья-то голова.

— Хороший денек, не правда ли? — спросил мужчина.

— Да и яхта ваша хороша, — ответил я, отступая назад, чтобы еще раз окинуть взглядом закругленные обводы кормы, на которой красовалось название «Акимбо».

— Меня зовут Эдди, — представился мужчина. — Я сам ее построил. Вот как раз собирался выйти в море на прогулку. Не хотите присоединиться?

Долго уговаривать меня не пришлось. Эдди снял с кнехтов носовые и кормовые швартовы и оттолкнул яхту от причала. Легкий западный ветер без всяких усилий с нашей стороны вывел ее из гавани. Ухватившись громадными ручищами за фал, Эдди быстро поставил главный парус. Он был силен и мускулист, его лицо украшала пышная борода. Яхта беспрекословно повиновалась всем его действиям.

Мачта совсем недавно была заново покрыта лаком и под солнечными лучами отливала золотом. Заметив мой взгляд, Эдди сказал: «Я две недели искал подходящее дерево для мачты. Сегодня уже мало кто строит деревянные яхты. Везде сплошной фибергласс. У таких лодок нет характера, а вот в дереве есть душа». При этих словах глаза его засветились.

Мы миновали пролив Поларис и вышли на чистую воду. Нам открылся вид на Береговой хребет, вершины которого были покрыты снежными шапками, оставшимися еще с зимы. В Эдди было что-то такое, чего сразу не опишешь словами. Хотя мы с ним только что познакомились, мне было понятно, что это самый миролюбивый и спокойный человек из всех, кого я встречал раньше. Кроме того, он успел так настроиться на мою волну, что отвечал на вопросы еще до того, как я успевал их задать. «Мне неохота продавать яхту, — сказал он, — но я смотрю на вас и вижу, что она попадет в хорошие руки». Но ведь я ни слова не сказал о том, что хочу купить ее. И все же он был прав. Я просто жаждал стать ее владельцем.

Прежде чем я успел ответить, Эдди вдруг воскликнул:

— Киты!

— Где? — спросил я, привстав с места и озираясь по сторонам.

— Не знаю, — ответил он загадочным тоном, — но должны быть где-то здесь. Я их чувствую.

Еще раз осмотрев море и ничего не увидев, я снова сел. Некоторое время мы молчали. Тишину нарушал только плеск волн, которые «Акимбо» разрезала своим носом. И вдруг я услышал за спиной мощный выдох. По звуку я сразу понял, что кит совсем рядом. Я повернулся и успел заметить гигантский горб, показавшийся из воды на расстоянии весла. Не было видно ни головы, ни хвостового плавника — только огромная мокрая спина, которая плавно ушла под воду, почти не потревожив ее поверхность. Я мог разглядеть даже шрамы на голубовато-серой коже и присосавшихся к ней мелких рачков. Затем появился второй кит, а следом за ним и третий. Серые киты совершали летнюю миграцию в холодные воды Аляски. Мы смотрели на них, затаив дыхание. Эдди взялся за румпель, и мы попытались плыть за ними вслед, но уже через несколько минут они исчезли вдали.

— Удачный день, — сказал Эдди, и его лицо расплылось в улыбке.

День оказался действительно удачным. Случайное знакомство с Эдди привело к тому, что я не только стал гордым владельцем «Акимбо», но и усвоил один из самых важных уроков, касающихся счастья. Встречу с Эдди можно назвать одной из самых счастливых в моей жизни.

А ведь она произошла только благодаря тому, что я опоздал на паром.

Порой нам трудно бывает правильно оценить события в тот момент, когда они происходят. В таких случаях следует просто позволить им некоторое время естественно развиваться и не делать попыток сразу же делить их на хорошие и плохие в зависимости от того, какими они представляются в данный момент. Жизнь очень сложна и многогранна.

Все события в нашей жизни имеют определенную цель. И успехи, и неудачи идут нам на пользу. Часто мы не понимаем, почему с нами что-то случается, но любое событие играет роль в формировании характера и определяет нашу судьбу. Можно приобрести мудрость и извлечь уроки как из самых необычных, так и из самых рядовых происшествий.