Инга выбросила окурок и встала с подоконника. Она была в светло-зеленом халате под цвет ее глаз. Черные прямые волосы до плеч, белая кожа, тонкое "аристократическое" лицо, точеные запястья - Фобос не удивился бы, узнав о знатном происхождении этой девушки.

– Довольны ли вы обращением с вами?
– спросил принц, поднося к губам дымящуюся чашку.

Надя пила чай, по-прежнему лежа в постели. Бисквиты она игнорировала.

– Совершенно недовольны!
– ответила она.

Фобос удивленно посмотрел на нее, приподняв брови.

– Что же вас не устраивает?
– спросил он.

– Все, - припечатала девушка, - нас ни на секунду не оставляют одних, мы чувствуем себя, как обезьяны в цирке!

– Служанки всегда рядом, чтобы выполнить любое ваше пожелание.

– Каждую минуту мы им не приказываем, а они, дай им волю, и в туалет бы за нами таскались. Это уже лишнее!

– Далее.

– Даже в тюрьме я каждый день гуляла во дворе, а тут балкон все время заперт и воздухом можно подышать только через форточку. Так я никогда не выздоровею и не окрепну!

– Тем более, что курить лучше на воздухе, чем в замкнутом пространстве, - добавила Инга.

– Вам так необходимы эти дымовые палочки?
– поморщился принц.

Тэн-О пожала плечами, давая понять, что развивать эту тему не собирается.

– Пусть нам разрешат прогулки и откроют балкон, - сказала она.
– С балкона мы не сбежим; для этого надо быть птицами. И еще...

– Сколько же у вас еще жалоб?
– не удержался Фобос. "Вот и началось!".

– Пусть нам отдадут одежду, - ответила Надя.
– Мы оставили ее сушиться, а утром не нашли! Обувь тоже пропала. Ладно в психушке на экспертизе была положена спецформа, пижама, но здесь не тюрьма и не дурдом, верно? Халаты я вообще не люблю, а спать привыкла не в ночной рубашке, а просто в трусах и майке!

Фобос поперхнулся чаем и залился густой краской. Все придворные дамы смущаются даже от слова "корсет" или "чулки", а эта стриженая девица, не моргнув глазом, называет перед мужчиной самую интимную часть дамского туалета...

Инга посмотрела на багрового, давящегося кашлем принца. "Похлопать его по спине, или не стоит? А вдруг охранники решат, что я его убить хочу! Даже объяснить ничего не успею!".

– С другой стороны, - добавила она, брать чужие вещи без спроса неэтично. Просыпаемся утром и не находим свою одежду!

Фобос все-таки отдышался и отставил чашку. С этими двумя не соскучишься. И стриженая упрямица откровенно забавляется, видя его смущение.

– Это все ваши условия?
– спросил он.

– Да, - ответила Надя, - если нам вернут одежду, разрешат прогулки, отопрут балкон и уберут отсюда эту толпу, я соглашусь на лечение и прием пищи.

"Ладно, наблюдать за ними я смогу и на Камне и успею при необходимости удержать от глупостей! Можно уступить в малом ради успеха главного дела! А за одежду могли бы и поблагодарить. Дворцовым прачкам пришлось изрядно потрудиться, приводя вещи в порядок!".

*

Фобос удивлялся поведению пленниц и начал уважать их, особенно Надежду. Обычно пленники делились на два типа. Одни тряслись от страха, умоляли, пресмыкались, охотно предавали своих товарищей, лишь бы сберечь свою шкуру. Другие держались с напускным пафосом и без умолку орали заезженное: "Ты меня не сломишь!", "Жестокий тиран!", "Тебе не победить вольный народ!". Первые вызывали у Фобоса отвращение, вторые - смех. Эти две девушки были спокойны, не дрожали и не пыжились. Фобос решил выполнить их требования. Потому, что иначе Тэн-О откажется от лечения, а принуждать ее - себе дороже. Сила может пробудиться в ней в любой момент, и даже в нынешнем болезненном состоянии девица может стереть в порошок любого, кто посмел поднять на нее руку... И даже сам Фобос не был уверен, что сможет быстро сдержать ее гнев в таком случае... А также, он очень не хотел сражаться с этой земной женщиной, а надеялся завоевать ее доверие. И порадовать ее.

– Хорошо, будь по-вашему, - сказал он.
– Я же сказал, что не причиню вам зла.

Девушки удивленно переглянулись, и Фобос ощутил радость реванша. Сначала синеглазая нахалка заставила его покраснеть, зато теперь он поверг ее в недоумение. Они приготовились долго и ожесточенно отстаивать свои требования, а он легко и сразу согласился с ними. Как будто они разогнались с бревном, чтобы вышибить дверь, а она оказалась открытой настежь.

Фобос вызвал Миранду и передал ей распоряжения насчет балкона, прогулок, прислуги и одежды.

– Не слишком ли многого они требуют?
– возмутилась девушка-паук.
– Мятежники могут попытаться проникнуть в замок...

– Вообще-то я до тюрьмы служила в армии, - отбрила Надя, - и по физухе любого мужика могу переплюнуть, ты вчера видела! Я смогу за себя постоять, если сюда кто-то вопрется. Но я не хочу, чтобы из-за всех штор пялились, как я переодеваюсь! Хватит с меня видеонаблюдения в камере!

Миранда только помянула гаановы рога.

– Миранда, башня неприступна снаружи, - сказал Фобос, - до нее можно только долететь, а стражницы сейчас лишены волшебной силы. В замке же усиленная охрана, и сюда не всякая мышь прошмыгнет!