И мир, который секунду назад трещал по швам, вдруг замер и с оглушительным щелчком встал на место, потому что я узнала в блондинке внизу свою начальницу Юлию Смирнову.

А рядом с ней был…

Не мой отец.

Слава Всевышнему!

Я понятия не имела, кто этот мужчина, но, к счастью, он даже отдаленно не был похож на папу.

В моей «нафталиновой» сумке вновь ожил мобильный. Ожидая увидеть очередное сообщение от мамы, я вытащила телефон, быстро прочитав.

– Вера, я перепутала время показа! ? Уже все заканчивается… Ты где? Не вижу среди гостей… – прилетело от Смирновой.

Я собиралась набрать, что спускаюсь, однако в этот момент поблизости послышалось бодрое цоканье каблучков, а уже в следующий миг на пороге офиса появилась моя коллега Катерина – одна из двух змей, сплетничающих в туалете…

– Вадим Михайлович, - елейно улыбаясь, с хищным блеском в глазах, зачастила эта стерва, - Прошу прощения, что отрываю вас… - она кашлянула в кулачок, - Мне срочно нужна ваша подпись по чертежам нового проекта! – кивая на пухлую папку у себя в руках, - Подмахнете? – моя коллега сделала шаг вглубь кабинета.

Что-то дрогнуло в безупречной маске ее лица, стоило нашим взглядам столкнуться.

***

Глава 12

Коллега явно не ожидала меня здесь увидеть. Приторная улыбка на ее губах превратилась в напряженную тонкую линию, пока я пыталась вспомнить, о чем они шушукались.

После сплетен про моего отца все остальное как-то отошло на второй план.

Кажется, эта девица говорила, что собирается идти ва-банк?

Окинув Катерину беглым взглядом, я моментально нашла подтверждение ее недавним словам – наряд девушки – черное кружевное платье с глубоким декольте – так и сигнализировал об определенных намерениях моей коллеги, буквально надрывая связки в истошном призыве «Снять его» (наряд), ну или ее (Катерину).

– Подпись? – незнакомо глухим, сдавленным голосом поинтересовался Завьялов, вопросительно приподняв бровь.

– Ну, да. Подмахнете? – уже не так бойко и задорно повторила наша коллега. – А то подрядчик оборвал мне весь телефон. Он пообещал приехать, так что лучше не терять время… – Катюша вновь посмотрела на меня, с трудом скрывая недовольство, потому что, о ужас, я не спешила отчаливать, открывая ей дорогу к «берегам любви».

Даже не собиралась. Чисто из принципа. Ей назло. Лихорадочно пытаясь сообразить, что происходит. Почему Завьялов решил прибухнуть в одиночестве? И как эта стерва узнала его местонахождение?

С ускоренно бьющимся сердцем я неотрывно следила за разворачивающейся передо мной картиной, пытаясь уловить какое-то недостающее звено.

Я явно упускала что-то из виду...

– Катерина Станиславовна, рабочий день подошел к своему логическому завершению. Завтра утром зайдите ко мне в кабинет, – с четко прозвучавшей интонацией, что его терпению подходит конец.

– Но… может быть…

Сминая эту идиотку раздраженным взглядом, Вадим расправил плечи, сжимая челюсть с такой силой, что она побелела. Завьялов медленно покачал головой, однозначно давая понять – разговор окончен.

Тогда эта дрянь метнула в меня убийственный взгляд, явно мысленно окрестив виновницей своего любовного краха.

Хотя, собственно, на что она рассчитывала?

Что Завьялов, даже будучи в прилично окосевшем состоянии, вот так сходу на нее набросится? Серьезно? Раз он даже не соблазнился Смирновой, с которой работал двадцать четыре на семь…

– До завтра! – проблеяла наша коллега, поспешно закрывая дверь.

На краткий миг в помещении повисла мертвая тишина, вскоре прерванная его хриплым приказом.

– Вера, ты тоже на выход.

Я посмотрела в карие глаза моего первого мужчины, почувствовав расходящееся от него волнами едва сдерживаемое нехорошее веяние. Язык тела Вадима шел вразрез с тем, что он говорил… Абсолютно.

В его подернутых искрами порока глазах разгоралось дьявольское пламя. Он смотрел на меня в упор, по животному ведя носом, будто в нем обострились все звериные инстинкты. Я чувствовала его дикую, необузданную энергетику.

– Живо! – зажмуриваясь, хрустнул сжатыми в кулак костяшками.

– С чего ради? Это не твой кабинет! – холодно отчеканила я, выражая максимальное презрение к его словам. – И ты так и не объяснил, что здесь забыл? М? – я склонила голову, прицокнув языком.

Вадим смотрел в мою сторону, неотрывно, не моргая, будто всеми фибрами своей таинственной души вбирает в себя мой образ. Его глаза напитывались чем-то демоническим. Нечитаемым. Страшным. Отталкивающим и… Манящим.

– Ты сможешь задать все свои вопросы завтра. Обещаю, – негромко, с этой пугающей хрипотцой, озвучил он, – а теперь уходи… – глубокие карие глаза мужчины были крайне серьезны, мне даже почудилась в них мольба.