Я по-доброму усмехнулась.

— И о чём тебе рассказать?

— Чем ты занималась до того, как твари полезли жрать людей?

— Я была травницей. В деревне неподалеку. А когда всё началось, получила образование в госпитале и осталась работать там.

— Твоя семья всё ещё в той деревне?

— У меня нет семьи, – я ответила спокойно, глядя на мерно подрагивающий голубой огонёк магии. – Я сирота.

— А муж?

Вопрос застал врасплох. Не из-за необычности, просто… совсем недавно Леогард не желал вообще говорить со мной на темы дальше: «ты читал эту книгу?», а тут интересуется подобным. Видимо, в том когте монстра был яд, влияющий на разум.

— Если бы у меня был муж, думаешь, я бы смогла затворнически жить с другим мужчиной? Ещё и в одном сплошном ожидании, когда ты придешь и покажешь, насколько сильно тебя задело сегодня.

— А, ну да, ты ведь должна сидеть дома, пока меня нет. Прости уж.

Я удивлялась всё больше. Словно впервые говорила с настоящий Леогардом, а до этого видела лишь его язвительную маску грубияна.

— Это моя работа. Тебе куда тяжелее… там.

Мы смолкли. Генерал уже закрыл глаза, но его дыхание всё ещё было неровным.

— А что на счёт твоей семьи? – решилась спросить я.

— Родители умерли. Но у меня есть сын.

Я не понимала, почему, но внутри вдруг что-то дрогнуло.

Сын?

Не представляю Леогарда в роли отца. Я думала, он одиночка.

— А жена? – поинтересовалась без жжения эмоций в голосе.

— Не ревнуй, пчёлка. Я вдовец.

— Глупости говоришь. Как обычно, – я вновь перевела взгляд на его грудь. – Но я сочувствую.

Генерал поморщился, не открывая глаз. Я думала, что он уже вот-вот уснёт, когда Леогард вдруг заговорил тихо:

— Меня завтра отправят в ту ещё задницу. Если я вдруг не вернусь спустя неделю, можешь потребовать о переводе. Чтобы тебя не заперли в четырех стенах ждать якобы потерявшегося солдата.

Внутри похолодело. Я посмотрела на него с испугом, уже не скрывая эмоций. Генерал не открывал глаз.

Так вот почему он решил вдруг хоть немного пооткровенничать.

С одной стороны нас едва ли можно назвать хоть немного близкими людьми. А с другой… я ведь к нему успела худо-бедно привыкнуть. И человек он всё-таки хороший. Просто очень уж резкий.

— Ну? Скажешь что-нибудь? – проворчал он, всё ещё не глядя.

— Не говори глупостей, – тихо произнесла я, наконец. – С таким как ты всё будет в порядке. Любой враг просто обломает о тебя зубы.

Генерал тихо посмеялся.

— Хороший настрой.

Ночь я провела у постели Леогарда, не смыкая глаз. Его известие о предстоящей опасной миссии пугало. Нельзя было допустить ни единой ошибки в лечении. После такой травмы ему бы несколько дней отлежаться, чтобы я удостоверилась в безопасности ситуации, но… даже предлагать такое бесполезно.

Наутро вместо того, чтобы отправиться спать, я решила сначала выпить чаю. Солнце уже пробивалось сквозь занавески, но свет совсем не приносил бодрости. Я устала и была подавлена.

Пока заваривала чай, заметила коробку с военными пайками. Сухие, питательные упаковки с чем-то слабо похожим на мясо даже пахли как-то искусственно. Только подумать, он ведь ест это каждый день. И пусть они наполняют тело всеми нужными элементами, но… как-то оно безжизненно.

Я взяла себя в руки и открыла холодильную камеру. Там были лишь мои продукты: овощи, яйца, мясо, зелень. Генерал попросту сюда не заглядывал.

— Ну ладно, – шепнула себе под нос и начала доставать нужные ингредиенты.

Прошёл ещё час, в которые я забыла об усталости. Резала, смешивала, запекала. Давно не готовила что-то более изысканное, чем самые простые блюда для себя.

Время начало постепенно двигаться к полудню, когда на лестнице послышались тяжелые шаги. От этого звука я ощутила прилив тихого удовлетворения. Погода стояла прекрасная, солнце заливало кухню, было тепло, а на весь дом разнесся аромат свежей еды. И вот на запах спускается человек, которого я хочу порадовать.

Впервые за долгое время я ощутила себя очень по-домашнему. Ведь в госпитале была совершенно лишена всего этого.

— Доброе утро, – даже голос Леогарда звучал как-то по-особенному уютно. Он встал в дверном проёме, едва туда помещаясь. Только что умывшийся, на его голых плечах было полотенце, он спустился босиком и всё ещё едва щурился от солнца.

— Доброе, – я приветливо улыбнулась.

— Что тут… происходит? – Леогард непонимающе осмотрелся. На стол уже было накрыто на двух персон. Причем не так, как он привык: по-мужицки всё в одной тарелке. А уютно, чистенько и со всеми приборами.