По мордам я видел, что они уже начинают придавливать драконов. Впрочем, исполнять приказ они не торопились, рассматривая меня.

— И как же ты говоришь с нами? — спросил синий. Кстати, помнится он думал вступить и заряжал что-то мощное. Но после того как я дистанционно разбил его магию, более не вмешивался.

— Едва ли вам нужна эта информация. Мне жаль, что вам пришлось смотреть на резню. Но после изменения нет пути назад. Надеюсь, вы понимаете это. И я прекрасно знаю как ведут себя боги и то, что они сами могут уничтожить мир. Но мой враг — Орда.

— Если получится, мы можем всё обсудить, — предложил один из бронзовых и его собрат кивнул. Очень непривычно было видеть драконидов, не пытающихся тебя немедленно убить.

Они смотрели на приближающегося Ифрита. Судя по доносящимся крикам, Наташа звала нашего оборотня добивать изменённых.

Все четверо сняли кирасы, показав уже разгорающиеся на груди знаки и дрогнули, смотря на трикветр. Разрушение печатей таким грубым методом утомляло, но процесс я уже неплохо отработал.

— Кроме тех, кто управлял пушками, у вас ещё есть избежавшие этой участи?

— Нет. В другой мир отправляются только готовые биться. Ваш предводитель желает поговорить с нами?

Похоже, они сочли Ифрита главным.

— Я желаю и поговорю, как только сниму печати с других, — я посмотрел на Ифрита. — Наташа всегда с собой носила артефакт перевода. У драконидов, думаю, тоже должны быть.

Регалия хранила записи о чужих языках. Тогда как Ифрит, как и обычные артефакты, просто контактировал с информационным полем мира, пространство которого мы не покинули. И потому он не понимал драконов.

Вроде как всё успокоилось. Я вновь сбегал к пушкам и освобоил ещё четверых представителей расы. Заодно там осмотрел себя: на правом рукаве большая дыра, сожжённая мышца быстро регенерирует. Ещё парочка опалин и несколько дырок по всей одежде. Ничего серьёзного и целостность одёжки стремительно восстанавливалась. Тем более у меня с собой имелась запасная кожа.

Не знаю, насколько дракониды способны оценивать мой внешний вид человека. Но раны и повреждённая одежда уж точно не прибавляли мне авторитета. Впрочем, за меня всё уже сказала сила.

Немного переведя дух, я оставил лежать «артиллеристов» на месте и вернулся к полю битвы. Переговоры уже начались, алый слушал рассказ Ифрита.

Наташа встретила меня, неся в руках Разрушитель грёз. Полина и Акаев держались поблизости.

— У нас появилось системное сообщение: этот осколок пространства тоже можно присоединить. Снятие подчинения сразу сделало драконов союзными. Но теперь только Полина имеет возможность управлять закрытием пролома.

Я посмотрел на драконий город. С высоты виднелось и довольно большое озеро на противоположном конце пролома.

— Подтвердим, как только договоримся. Вы отлично сражались.

— Я был бесполезен, — вздохнул Акаев. — Даже самый слабый из них меня уделывал. После возвращения надо мне новобранцев прокачивать.

— Пять за оптимизм и двойка за самокопание, — хмыкнул я, надеясь что удасться решить его проблему. — Ещё найдём способ усилиться.

Наташа с улыбкой сообщила, что взяла аж семьдесят четвёртый. Дракониды были сильны и многочисленны, а Ифрит не стремился добивать каждого.

Я видел, что все устали. Хорошо, что эти четверо не стали вмешиваться, или ситуация стала бы значительно более сложной. Впрочем, сейчас важно было дальше демонстрировать силу.

— Эфирный маг, ты смог освободить нас, — заговорил алый дракон уже на русском, хотя акцент выходил ужасным. Всё же артефакт заставлял говорить на сильно отличающемся по звучанию языке. — Нас покорили и подчинили, а наш лидер сдался и даже предал кровь. Мы рады, что он понёс наказание за свою слабость.

— Ваш лидер добровольно согласился извратить своё тело и разум? — удивился я.

— Только тело. Чтобы стать сильнее — избавиться от природных слабостей, которые делают нас такими, какие мы есть. Как брату, мне было больно смотреть на то, во что он превратился. Надеюсь, в смерти он найдёт покой и сможет вечность парить между туманных пиков.

Речь была высокопарной и, кажется, пронизана их верованиями. А может некое посмертие и правда есть. В чём Константин сомневался. Сейчас всему этому я не придавал значения, в отличие от фразы, сказанной одним бронзовым другому вполголоса.

— С ними эта… мерзость. Как мы можем?

Я тоже вновь включил Регалию.

— Моя спутница стала убийцей драконов под влиянием Системы. Ваш род многогранен и огромные существа стали одной из самых больших угроз. Прошу не придавать этому значения.