— Просто пережидаем, — предупреждаю девчонок, когда вижу, что Олеся напрягается и, вроде как, готовится к атаке.

— Вроде всё, — с сомнением говорит Аглая.

Снова выстраиваю треугольник из щитов. Идём внутри. А на практике, как оказалось, он неплохо работает.

Главное — очень вовремя. Когда отбившийся от стада ополоумевший олень выскакивает из-за башни, защита нас спасает в прямом смысле.

— Фас! — с улыбкой произносит менталистка, глядя на подконтрольного волка.

Хищник рвёт оленя легко и непринуждённо. Нам даже не приходится останавливаться.

— Аглая, сможешь придержать любого одиночного? — просит Олеся. — Хочу кое-что проверить.

Аглая спокойно кивает.

— Мне кажется, или чем дальше мы идём, тем более крупные попадаются монстры?

— Мне тоже показалось, — соглашается Аглая.

— Ладно, не расслабляемся, — говорю. — Ты чувствуешь что-нибудь? — обращаюсь к менталистке.

— Нет, как отрезало, — отзывается она. — Но мне кажется, что мы идём правильно. Только я никого не слышу.

Следующий монстр, размером с небольшого барсука, застывает на границе тумана.

— И что мы с ним будем делать? — спрашивает Аглая. — Разума там почти нет.

— Зато есть вода, — сосредоточенно добавляет Олеся. — Дайте мне время. — Девушка закрывает глаза и замирает.

Пару секунд ничего не происходит. Аглая уже собирается сказать что-нибудь едкое, как из монстра вычленяется его туманная копия и растворяется в воздухе. Барсук сжимается и падает на землю. Больше он нам не угрожает. Странно, что животина мелкая, и при этом без стаи.

— Ларик, твой совет работает, — с легким удивлением говорит Олеся. — Только очень медленно.

— Это нарабатывается, потом будет получаться с каждым разом быстрее. Как и с любым другим глифом. — С интересом смотрю на сухой трупик. — Поздравляю, воды в нем явно не осталось.

— Да уж. — Довольно кивает Олеся и смотрит на свои руки. — Не думала, что это будет проще, чем любая водная атака.

— Идём дальше или продолжим смотреть на кусок меха? — спрашивает Аглая.

Вокруг остается неизменная стена плотного тумана. Стараемся держаться вместе и периодически отбиваемся от случайно вышедших монстров. Все в основном одиночки — похоже, прямую атаку на нас пока не направляют. Хорошо чувствую, что повсюду очень много активной магии. Куда не повернись: хоть справа, хоть слева. Впереди и сзади то же самое.

— Кажется, там идет битва. — Олеся прислушивается и показывает в туман.

По ту сторону границы и правда много активных шевелений, и не только там, куда указала девушка. Кажется, мы оказались в самом центре урагана. Битвы идут буквально повсюду. До нас добираются только случайные существа. Теперь понятно, почему в последнее время мы встречаемся только с одиночками.

Ждать, пока все вокруг затихнет, большого смысла нет. Нужно пользоваться тем, что происходит. Очередной шаг — и волк не может продвинуться ни на метр. Монстр безрезультатно перебирает лапами на одном месте и не совсем понимает, что не так. Животное оборачивается на Аглаю в ожидании команды. Тоже подхожу ближе и утыкаюсь в плотный вязкий кисель.

— Понятно, впереди кто-то без сознания, — сообщаю девчонкам. — Скорее всего, студент. Придется немного подождать: обходить не вариант.

— С чего ты взял? — спрашивает Аглая. Девчонка делает пару шагов и тоже попадает в кисель. — Поняла, снимаю вопрос.

— А я не поняла. — Выжидающе смотрит на меня Олеся.

— Когда студент теряет сознание на арене, к нему тяжело подойти, — объясняю. — Я бы сказал, невозможно. Мы с Аглаей пока что поняли только один алгоритм: становится тяжело подойти не только монстрам, но и людям. Возможно, есть другие ситуации и обстоятельства, в которых действуют такие же ограничения на приближение. — Вспоминаю первого парня, которого достал огненными росчерками при входе на арену. Подтвердить свои догадки пока не могу.

— А-а-а-а! — раздаётся приглушенный крик Марины, и кисель пропадает. Не сразу понимаю, слышат ли крик девчонки, или он звучит только в моей голове.

Аглая срывается с места одновременно со мной. Все вместе бежим на голос. Олеся не задает никаких вопросов, а я каким-то образом уже чувствую нужное направление.

Точно так же, как и в прошлый раз, застаём неприятную картину за ближайшими невысокими башнями.

— Вроде успели, — выдыхает Аглая.

Марина выглядит более-менее целой, но ситуация крайне неприятная. Рядом нет нападающих животных или студентов. Девчонка банально попадает в ловушку.

— Где-то мы уже это видели, — замечает Олеся.

Впереди живое дерево — примерно такое же мы встретили в своё время на тропе. Ветки цепляют Марину за ногу и постепенно затягивают к себе.

Кора дерева и ветви без листьев уже хорошенько опалены молниями. Девчонка шарашит ими в разные стороны практически без разбора. Ни поджечь дерево, ни освободить ногу она не может. Неприятно.

Не думал, что на арене есть что-то подобное. Марине просто не повезло — против этого, уже опаленного дерева её молнии слабо помогают, они просто сливаются по черной коре в землю.