«Больше похоже на попытку ограничения практиков без талантов. Вкладываться в их развитие, тратить ресурсы и силы храма наверняка не очень хотелось», — мысленно поправил адмирала парень, но вслух, естественно, свои размышления озвучивать не стал.

— Изучи технику Семи шагов, и мы продолжим уже разбираться с гармонией меча, — адмирал сложил руки на груди. — Что у тебя ещё есть из интересных навыков? Практик с высоким уровнем таланта в звуке и с концепцией льда?И уже сумел создать собственный домен?

— А также получил «Мелодию ледяного мира» в одном из камней, которые сумел найти, — добавил Айден, извлекая из кольца гуцинь. — Вот только мой инструмент последнее время с трудом выдерживает использование навыков. Даже звуковой удар и, что странно, обычную практику звука.

Он указал на хорошо заметные повреждения рядом с колками и сразу несколько трещин на нижней части корпуса у подпорок хвоста.

— Гуцинь нужно заменить, он не справляется с твоей духовной энергией. Сам инструмент хороший и в нём даже начал зарождаться разум, но использовать его дальше, значит рисковать в любой момент сломать его. Можно, конечно, модифицировать его, используя материалы высшего уровня, но я сомневаюсь, что в этом мире есть мастера музыкальных инструментов такого уровня. Проще найти что-то подходящее, а гуцинь оставить уже твоим ученикам, если они будут у тебя, конечно, — погладив задумчиво подбородок, ответил мужчина. — Доступа к основному складу у меня сейчас нет, он находится в законсервированной части моего корабля. Я ощущаю его на этом Осколке. Позже ты сможешь туда добраться без проблем самостоятельно, а сейчас могу предложить только это.

Со стола пропал чайный сервиз, а на его месте появился гуцинь. Одного взгляда на него Айдену хватило, чтобы замереть в восхищении. Это было настоящее произведение искусства. Лакированная поверхность инструмента чуть приглушала свет, словно бы удерживая его внутри себя и создавая чувство глубины. Сквозь ровную лаковую поверхность проступали тёмные линии, создавая причудливый узор на дереве. Молочно-белые струны были уже натянуты и готовы к игре Айден непроизвольно потянулся к гуциню, прикасаясь к нему. На ощупь верхняя дека оказалась холодной и гладкой, и почему-то дарила спокойствие, стоило только ему прикоснуться к корпусу.

— Это «Эрзаналитониканон», — тихо сказал адмирал. — Инструмент моего сына, которым он владел в юности. Его конструкция легко удерживает и преобразует силу практиков красного и чёрного рангов. Золото тоже, но лучше к этому времени всё-таки раздобыть себе что-то получше.

— Эразанал… — парень запнулся, пытаясь повторить имя, но не смог. — Хм-м, если честно, он прекрасен, я не думаю, что вправе брать его себе. Возможно, если это инструмент вашего сына, лучше оставить его? Я пока могу обойтись своим старым гуцинем.

— Не говори глупости, ты загубишь инструмент, если продолжишь использовать его. А когда запустишь технику Семи шагов, усилив себя до чёрного ранга, просто сожжёшь его, включая зарождающуюся душу. Это, конечно, не одушевлённое оружие, как твой меч, но всё же. Лучше поберечь новую жизнь.

— Ну хорошо. Спасибо, Вам, старший. К слову, о Снежном облаке, — Айден непроизвольно прикоснулся к клинку, который сейчас был прислонён к стулу. Он вытащил меч из карманного пространства кольца по её же настойчивой просьбе сразу, как вошёл в пагоду. — Она злится и не отзывается. Почему-то мне кажется, что злится она сейчас на вас.

— Я не был знаком со Снежным облаком, этот артефактный меч принадлежал одному из старейшин, а после его смерти находился в одной из сокровищниц второго корабля-улья флота, — мужчина пристально посмотрел ещё раз на меч.

— И почему тогда Облако так ведёт себя?

— Полагаю, потому что я стал причиной уничтожения всего четвёртого флота, которым когда-то до меня и командовал этот старейшина? Это очевидно, — пожал плечами адмирал, напомнив о своей трагедии.

Айден кивнул, вновь вернувшись к изучению гуциня. Произведение искусства, иначе и не скажешь. Он ощущал, как пространство рядом с инструментом гудело от распространяемой им духовной энергии. Хотелось прямо сейчас взять в руки гуцинь и попробовать наиграть какую-то незамысловатую мелодию. Или что-то посерьёзнее… руки буквально чесались попробовать. Но Айден сдержался, всё потом.

— Она будет и дальше злиться. Это в характере всех одушевлённых предметов. Абсолютная преданность. Но меч действительно хороший, его можно использовать вплоть до пика небесного ранга. И подходит тебе с твоим ледяным атрибутом как нельзя лучше. Полагаю, тебя можно поздравить. Теперь что касается наших дальнейших действий. Помимо изучения Семи шагов, нам с тобой нужно заняться спаррингами, чтобы я знал твои нынешние возможности и умения. Я должен понимать, как дальше тренировать тебя, чтобы это было максимально эффективно. Ну и подумать над тем, чего тебе не хватает из техник. Даже в моём нынешнем… назовём это так, положении, я смогу неплохо помочь тебе в тренировках. Внутри этого пространства время идёт медленнее чем во внешнем мире, пусть и не очень существенно.

— Хорошо, мастер, — Айден был совершенно точно не против практики с таким опытным практиком, вот только он не был уверен, что сможет постоянно появляться здесь. Как ни крути, а лучше об этой пагоде людям Муравейника ничего не знать. Особенно Великому Тирану и его семье. Об этом он и сказал адмиралу, который тут же нахмурился.

— Ты обязался тренировать бездарей за крохи информации по гармонии? Ещё и нашим техникам? — сказал он, выслушав его. — Не скажу, что мне это по нраву, но я понимаю, что иного пути у тебя сюда добраться не было. Хорошо, пусть будет так. Приходи сюда, когда сможешь быть уверен, что тебя не хватятся.