Львиносвету хотелось догнать ее, сказать, что это не его кровь, но лапы у него словно приросли к земле, а мысли путались. Кровь капала с его золотистой шерсти, алыми цветами расцветала на белом снегу. Львиносвет понимал, что Пеплогривка сейчас перепугает все племя, но у него не было сил вмешаться.

— Надо… поторопиться, — только и смог прошептать он.

— Сначала приведи себя в порядок, — посоветовала Голубичка.

Львиносвет попробовал вылизаться, но тут же поперхнулся едким вкусом скользкой лисьей крови.

— Да ты лучше покатайся по снегу, — посоветовала Голубичка.

Львиносвет послушно лег и стал кататься изо всех сил по холодному снегу. Когда он встал, на белой лесной земле появилась широкая алая полоса.

Голубичка беспокойно сорвалась с места.

— Идем скорее, пока сюда не примчался целый спасательный патруль!

Львиносвет почувствовал, как к нему возвращаются силы. Снег освежил его, сердце забилось чаще, когда он представил, как Пеплогривка сейчас с воем бегаем по лагерю, пугая всех рассказом о его страшных ранах.

Спасательный патруль они встретили на склоне возле оврага.

— Ты цел? — воскликнул Огнезвезд, лично возглавлявший патруль. Ежевика, Крутобок и Березовик стояли у него за спиной, прижав уши и помахивая хвостами.

— Великое Звездное племя, что с тобой стряслось? — охнул Крутобок, с тревогой обнюхивая Львиносвета.

— Мы… наткнулись на лису, — пробурчал Львиносвет.

Березовик прижал уши и быстро огляделся по сторонам.

— Где?

— Мы прогнали ее с нашей территории, — поспешил успокоить их Львиносвет. — Она больше не вернется.

Крутобок поманил его хвостом к колючей ограде.

— Давай-ка я провожу тебя в палатку к Воробью. Пеплогривка уже помогает ему отбирать для тебя целебные травы. Видит Звездное племя, она подняла такой визг, что я уж решил, будто ты при смерти.

Львиносвет пошевелил ушами, представив, как Воробей шипит на Пеплогривку, которая требует немедленно приготовить все лучшие травы для врачевания его несуществующих ран.

Огнезвезд посмотрел на Голубичку.

— Ты цела?

Та кивнула.

— Львиносвет один с ней справился, — честно ответила она. — Я только помогла прогнать лису с нашей территории.

— Она не забрела к воинам племени Теней? — дернул хвостом Огнезвезд.

— Нет — заверил предводителя Львиносвет. — Мы выгнали ее в горы.

Он с досадой пошевелил ушами. Когда Огнезвезд перестанет волноваться о чужих племенах? Пусть сами справляются со своими бедами, Грозовые коты им не помощники!

Огнезвезд сощурил глаза.

— Лучше все-таки проверить, — сказал он и повернулся к Ежевике. — Собери патруль и убедись, что эта тварь оставила наши земли.

Ежевика тут же помчался в лагерь.

— Идем, — настойчиво повторил Крутобок, подталкивая Львиносвета к ограде. — Я провожу тебя домой.

Войдя в лагерь, они увидели, что все племя высыпало на поляну.

— Ты герой, Львиносвет! — тоненько взвизгнула Тростинка.

Мышеус восхищенно покачал серой головой.

— Эту историю старики будут рассказывать котятам еще много-много лет после того, как я переселюсь в Звездное племя!

— Как тебе это удалось? — спросила Медуница, с нескрываемым восторгом глядя на Львиносвета.

— Ты очень сильно ранен? — захлопотала вокруг него Ромашка.

Крутобок повел его в палатку целителя.

— Хватит приставать к нему с расспросами, — басовито проворчал он. — Пусть сначала Воробей осмотрит нашего героя, потом будете языки чесать.

Протиснувшись сквозь ежевику, Львиносвет окунулся в блаженный покой полутемной пещеры. Пеплогривка испуганно вскинула на него глаза, куча трав лежала на полу у ее лап.

— Ты цел, правда? — хрипло выдохнула она. — Правда, цел? Я думала, тебя принесут сюда… — Слова застревали у нее в горле, в глазах блестели слезы.

Воробей отстранил ее и подошел к брату.

— Я велел Пеплогривке смешать целебные травы, которые могут пригодиться для лечения твоих ран. — Он посмотрел на серую кошку. — Спасибо за помощь, а теперь иди. Мне нужно осмотреть раненого в тишине и покое.

Пеплогривка повела ушами.

— Я… я могу помочь.

— Нет, — твердо отрезал Воробей. — Спасибо тебе, но ты свое дело уже сделала, теперь моя очередь.

Он пристально смотрел на Пеплогривку своими незрячими глазами, пока оробевшая кошка не попятилась к выходу. Ветви ежевики с шелестом сомкнулись за ее спиной.