– Отец Габриель не просил меня о каких-либо ночных перелетах, пока ты полностью не поправишься. И когда у меня будут случаться ночные смены, мы будем дома в нашей квартире. Ты не будешь одна, ты будешь в общине. Я никогда не оставлю тебя здесь больше, чем на несколько часов.

Я кивнула, когда грузовик остановился. Послышался механический звук — открывались ворота гаража, а затем мы медленно двинулись вперед.

– Не открывай дверь, - предупредил Джейкоб.
– Я помогу тебе, но мы должны подождать, пока закроются ворота. В это время года, приходится быть осторожными. Высокий забор защищает общину от белых медведей, но здесь мы не можем быть уверены до конца.

Я повернулась к нему лицом:

– Боже мой, белые медведи!

Он усмехнулся:

– Чтобы ты поняла. Это не значит, что белые медведи всегда поджидают нас у ворот. Технически мы только на краю Заполярья, но лучше быть всегда готовыми и перестраховаться, чтобы быть в безопасности. Разве ты не согласна?

– Согласна.
– На минуту я задумалась, когда опускались ворота гаража. – Но сейчас зима, они должны быть в спячке.

– Пока еще не настала метеорологическая зима, но я согласен, с ощущением того, что зима в разгаре. Впрочем, нет, белые медведи не впадают в спячку.

Я закусила губу между зубами.

Как я могла забыть, что живу с белыми медведями?

Дверь с моей стороны открылась, и Джейкоб потянулся к моему подбородку. Рукой в перчатке он подразнил мою губу.

– Не волнуйся. Мы в безопасности. Помни, что я говорил. Я обещал заботиться о тебе. Я никогда не сделаю ничего, что причинило бы тебе вред. Это значит, что я не оставлю тебя наедине с белыми медведями.

Я улыбнулась и протянула к нему руки:

– Хорошо.

– Теперь давай зайдем туда, где теплее.

Когда я начала сползать с грузовика, Джейкоб сказал:

– Держись за мою шею, я тебя понесу.

– О, ты не должен этого делать. Я могу ходить. Ходить стало легче, когда на другой ноге у меня сапог.

Без смущений, он подхватил меня на руки.

– Я заметил.

Покачав головой, я сделала так, как сказал он, и потянулась к его шее. Он легко поднял меня. Пройдя несколько шагов, я потянулась лицом к нему и поцеловала его в щеку.

– Что это было?

– Я просто подумала: так как я не помню ничего из прошлого, сейчас ты несешь меня на руках, переносишь через порог, будто в первый раз. Как будто мы молодожены.

– Ты сказала, что вышла бы за меня еще раз.
– Его тон стал ниже, - Но это уже было…

Я прервала его еще одним поцелуем, на этот раз легко прикоснувшись к губам:

– Мне все равно, - уверила я его.

– Тогда, миссис Адамс, мы можем быть молодоженами.

Я изо всех сил стучал ладонями по рулю, пытаясь выместить на грузовике часть своего разочарования. По крайней мере, когда я ударил его, грузовик не плакал и не таял в моих руках. Я знал его устройство, понимал, как он работает, и знал, как его починить, когда с ним возникают проблемы. Это было, так же, как и с нашими самолетами. Мика и я не только летали, мы знали, как их чинить и обслуживать – по механической части, но не их технологию. Это дерьмо было сложнее. Я вцепился в свои волосы и начал внутренний монолог.

Возьми себя в руки, Джейкоб. Ты сделаешь это.

Я бросил последний взгляд на вход в жилые помещения, прежде чем нажал кнопку двери гаража. Я не мог вернуться. Если я сделаю это, то уже не захочу уходить. Кроме того, я должен быть на Собрании меньше чем через полчаса.

Почему она хочет, чтобы я был с ней? Почему она не ненавидит меня?

Не то, что бы я хотел, чтобы Сара ненавидела меня, но она должна была.

Выехав из ангара, я смотрел и ждал, пока ворота гаража не закроются полностью. Взглянув на часы, на приборной панели, я увидел, что сейчас было около половины девятого утра пятницы, и небо было еще темным. Было время в моей жизни, когда меня волновало то, что в полдень были сумерки, или полностью темнело в четыре, но сейчас вокруг меня слишком много всего происходило, чтобы этот факт вызвал у меня что-то большее, чем мимолетную мысль.

Сара даже не поняла, что это и было ее наказание от Комиссии. Я должен сообщить ей это, прежде чем она столкнется с Собранием, Комиссией, или любой из жен — особенно, прежде чем она встретится с Отцом Габриелем.

По пути в общину, моя память возвращалась на заседание после вечерней службы в среду. Отец Габриель, не теряя времени на прелюдии, сразу перешел к главному...

– Братья, присаживайтесь. Прежде, чем мы встретимся с Собранием и Комиссией утром, я хочу обсудить мой указ о наказании Сары за инцидент.

Устроившись на стуле, я пытался унять беспокойство, которое рикошетило во мне, словно шарик от старинного пинбола.

– Я вынес уже много указов о наказании в подобных ситуациях. Но сейчас не совсем типичный случай. Не посвященные в детали последователи считают, что Сара была вашей женой во Тьме. Но сама Сара думает, что жила здесь задолго до произошедшего, а последователи верят в то, что она здесь недавно. И все они считают, что она воспользовалась вашим грузовиком для побега и попала в аварию.