– Варюша, мне некогда!
– отмахнулась я.
– Вернусь - всё расскажу!

– Хотя бы скажи, куда едешь!

– К следователю. Срочно нужно! Пропусти, а?
– взмолилась я.

– Ты всё-таки полезла в это расследование?
– покачала головой Варя.
– Я же тебя просила!

– Пусти!
– повысила я голос.
– Ты не понимаешь, я опаздываю!

– А ты понимаешь, что это может быть опасно?!
– закричала подруга, размахивая кулаками.
– Кто-то же убил ту женщину! Ты думаешь, во что ввязываешься? Ты об Ане подумала, дурья башка?! Что с ней будет, если тебя пристрелят?!

– Типун тебе на язык! Хватит каркать!
– вздрогнула я.
– Варя, пусти! До автобуса семь минут!

– Дура!
– посторонившись, бросила подруга.
– Идиотка!

Не обращая внимания на её слова, я побежала к остановке, увязая в снегу.

Добравшись до отдела полиции, я влетела в холл, где была остановлена бдительным дежурным.

– Куда спешим, гражданочка?

– Мне нужен следователь Петренко Михаил Сергеевич, - заявила я, скрестив руки на груди.

– По какому вопросу?
– не отступал дежурный.

– По личному!
– резко ответила я.
– Это срочно!

– Сейчас позвоню и узнаю, можно ли вас пропустить.

Дежурный поднял трубку, сказал пару фраз, взглянул на меня и спросил:

– Ваша фамилия?

– Сергиенко. Александра Сергиенко.

– Минутку.

Дежурный выдал мне пропуск, и я помчалась по длинному, тускло освещённому коридору. Нужный кабинет оказался в самом конце. Распахнув тяжёлую дверь, я увидела знакомого следователя, подписывающего бумаги. Помещение было крошечным, словно собачья будка. Непонятно, как сюда удалось втиснуть стол, два стула, диван и громоздкий бордовый сейф.

– О, Александра!
– Подняв голову, Михаил Сергеевич усмехнулся.
– Что случилось? Что привело вас ко мне в такой поздний час?

– Сейчас объясню!
– угрожающе начала я, сжимая кулаки.
– Сейчас всё объясню!

Облокотившись на стол, я приблизилась к его лицу и прошипела:

– Как вы посмели назвать меня воровкой? Где доказательства, что я что-то взяла из той проклятой сумки? Куда девалась ваша презумпция невиновности? По какому праву вы меня обвиняете?!

– Немедленно успокойтесь!
– Петренко поднялся из-за стола.
– Сядьте!

– Мне и так хорошо!
– заявила я, даже не думая выполнять его приказ.

– Ладно, стойте, если вам так удобно, - миролюбиво кивнул он.
– А теперь объясните спокойно, в чём ваши претензии. Я ничего не понимаю!

– Не понимаете!
– вспыхнула я.
– Может, вы скажете, что не говорили Лизе, будто я украла из сумки убитой деньги и драгоценности?

– А, вы об этом!
– невозмутимо произнёс следователь.
– Я этого не утверждал. Елизавета либо неправильно поняла, либо исказила мои слова. Я лишь поинтересовался, было ли в сумке что-то ещё, удивился, почему она пустая, и предложил спросить у вас, не потеряли ли вы что-нибудь или просто забыли отдать. О воровстве речи не было!

– Да бросьте!
– скривилась я, всё же опускаясь на стул.
– Было ясно, на что вы намекали! Не надо строить из себя невинность!

– Не до игр мне сейчас!
– хмыкнул Михаил Сергеевич.
– Не стану отрицать - мне действительно хотелось обсудить с вами содержимое сумки и то, как она к вам попала. Но я не говорил Елизавете, что вы что-то украли.

– Единственное, в чём я виновата, - это в своём любопытстве. Мне показалось, что женщина знакома, и я хотела посмотреть её документы. Но тогда появились вы, и я спрятала сумку, - откровенно призналась я, опуская детали.
– Да, поступила глупо, но письмо-то я доставила. И уверяю вас, я ничего не взяла из той сумки.

– Не знаю почему, но я вам верю, - вздохнул следователь.
– Можете идти, Саша. У меня к вам больше нет вопросов. Надеюсь, и у вас ко мне тоже?

– Не надейтесь, - ехидно улыбнулась я.
– Вопросов много, но задам не все. Скажите только: что вы думаете о погибшей? Как она могла оказаться живой - ну то есть мёртвой, но сейчас… если погибла четыре года назад?

– Какая вам разница?
– рассердился Петренко.
– Идите домой!

– Для меня это очень важно!
– настаивала я.
– Мне нужно знать! Разве вам так трудно сказать?

– Да мне нечего вам сказать! У самого голова идёт кругом от этой истории!
– вдруг по-человечески просто ответил Михаил Сергеевич.
– Не лезьте в это дело, Саша. Любопытство до добра не доведёт.

– Если бы дело было только в любопытстве… - тяжело вздохнула я и поднялась.
– До свидания.

– Возьмите пропуск!
– протянул мне бумажку следователь.

Я вышла из участка с горечью разочарования. Зачем я так спешила сюда? Чего добилась? Семья погибшей Людмилы всё равно считает меня воровкой, противный следователь, хоть и сказал, что верит, наверняка думает так же… И о деле ничего нового не узнала… А теперь предстоит одной добираться обратно среди ночи…