Глава 2

На следующее утро, отправив Анюту в школу и отпросившись у директора, я поехала в город. Выйдя из автобуса, почти час искала нужную улицу: телефон сел, и карта была недоступна. Прохожие, к которым я обращалась, либо лишь пожимали плечами, либо вовсе не останавливались, словно не замечая меня.

Поняв, что так ничего не добиться, я со вздохом пересчитала деньги в кошельке и направилась к стоянке такси. Усевшись в машину, я показала адрес водителю - пожилому мужчине с усталым взглядом и усами, как у почтальона Печкина. Когда он завёл мотор, я облегчённо откинулась на сиденье. Слава Богу! А я уже начала думать, что такой улицы не существует!

Такси остановилось на окраине города у старого обшарпанного дома. Дверь в подъезд висела на одной петле, окна первого этажа были выбиты.

– Это точно здесь?
– удивлённо спросила я.

– Точно, - кивнул водитель, нетерпеливо постукивая пальцами по рулю.

Впрочем, никто и не говорил, что сын убитой должен жить в шикарном доме в центре города.

– Не подождёте? Я быстро!

– Без проблем, - пожал плечами шофёр.
– Можете не торопиться, счётчик работает.

Не ответив, я выскочила из машины и вошла в подъезд. В нос ударил отвратительный запах - кошачьей мочи и кислых щей. Поморщившись, я проигнорировала лифт и быстро поднялась по грязной лестнице.

В юности, собираясь замуж, я мечтала здесь жить. Большой город манил - казалось, здесь можно найти любую работу, ходить в кино, театр, на концерты. Или просто гулять ночью иод руку с любимым. Сейчас же я понимаю, как хорошо жить в собственном доме на природе. Упаси Бог иметь квартиру в таком месте!

Слегка запыхавшись, я поднялась на седьмой этаж и наконец увидела нужную дверь. Прежде чем позвонить, решила перевести дух. Оглядевшись, я побрезговала прислониться к стене и осталась стоять посередине площадки.

Дверь внезапно распахнулась, и из неё выпорхнула симпатичная девушка лет двадцати. На ней был светло-синий джинсовый костюм, русые волосы собраны в хвост, голубые глаза ярко подведены. В руках она держала пакет с мусором.

– Вы кто?
– настороженно спросила она, оглядывая меня.

– Здравствуйте!
– улыбнулась я.
– Скажите, здесь живёт Логинский Павел Андреевич?

– Да, - кивнула девушка, поднимая крышку мусоропровода и бросая пакет.
– Это мой двоюродный брат. А зачем он вам?

– У меня для него письмо, - ответила я, роясь в сумке.

– Вы что, почтальон?
– приподняла бровь девушка.
– Почему не бросили в почтовый ящик?

– Я не почтальон. Письмо попало ко мне случайно, - заговорила я быстрее, наконец достав конверт.
– И боюсь, у меня плохие новости. Хотя вы, наверное, уже знаете. Полиция должна была сообщить.

– Что сообщить?
– прошептала она, резко бледнея и опираясь на стену.
– Что случилось?

– О женщине… убитой женщине, - попыталась объяснить я.
– Простите, я не знаю, как её зовут и кем она вам приходится, но в её сумке было это письмо с вашим адресом.

Девушка вырвала конверт из моих рук и, взглянув на подпись, побледнела ещё сильнее. Нет, даже позеленела. Глаза лихорадочно блестели, над верхней губой выступили капельки пота.

– Тётя Люда?
– прошептала она.
– Не может быть… Она же погибла. Давно!

– Как погибла? Как давно?
– отступила я.
– Может, вы что-то не так поняли?

– Войдите, - пригласила девушка.

Я оказалась в бедно обставленной, но чистой гостиной. Мебель была явно советских времён: продавленный, местами порванный диван, накрытый клеёнкой в красную клетку стол, сервант со старой посудой.

– Как вас зовут?
– спросила девушка, когда мы присели на диван.

– Александра. Можно просто Саша.

– Я Лиза. Как письмо попало к вам? Какую женщину вы видели и где?

Ненадолго замявшись, я рассказала о вчерашнем происшествии.

Лиза сидела, вцепившись в диван. Её глаза округлились и наполнились страхом. Когда я закончила, она вскочила и бросилась к серванту. Достала потрёпанный альбом, дрожащими руками перелистнула его и протянула мне.

– Это она?
– спросила она напряжённым, звенящим голосом.

С фотографии смотрела та самая женщина. При жизни она была, конечно, красивее - смерть ведь не красит никого. На снимке она стояла на улице, ветер развевал её волосы, а она, улыбаясь, обнимала молодого парня, очень на неё похожего. Видимо, это и был её сын.

– Да, - ответила я.

Альбом выпал из ослабевших пальцев Лизы и с глухим стуком упал на пол. Девушка буквально рухнула на диван и закрыла лицо руками.

– Этого не может быть, понимаете?
– глухо проговорила она, глядя на меня безумными глазами.
– Она погибла!