Священник кивнул, его взгляд смягчился.

— Передам, сын мой. Слово в слово.

— И ещё, отец Бернард, — Гилберт обернулся уже на пороге. — Я знаю, с кого начну. С кузнеца Терея. Он до сих пор вспоминает, как Элиана остановила кровотечение у его сына, когда тот поранился косой. А потом пойду к ткачихе Марианне — она говорила, что Элиана научила её читать.

— Хорошо, — кивнул священник. — Пусть каждый, кому она помогла, станет её щитом.

Гилберт улыбнулся — впервые за утро — и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.

— Так и должно быть, — кивнул священник. — Иди. И да хранит тебя Господь.

Когда дверь за Гилбертом закрылась, отец Бернард подошёл к окну и посмотрел вслед удаляющейся фигуре юноши. В глазах священника светилась глубокая задумчивость.

— Помоги ему, Господи, — тихо произнёс он. — И укажи нам путь к спасению Элианы.

Отец Бернард ещё долго стоял у окна, наблюдая, как фигура Гилберта скрывается за поворотом тропинки. В душе его боролись два чувства: тревога за юношу и тихая радость.

“Такой огонь в сердце… — подумал священник. — Он либо сожжёт его, либо осветит путь всем нам”.

Он повернулся к алтарю, перекрестился и прошептал:

— Дай ему мудрости, Господи. И дай мне сил быть тем, кто направит этот огонь во благо.

Свечи на алтаре мерцали ровным светом, а за окном солнце окончательно разогнало утренний туман, озаряя деревню тёплыми лучами нового дня. На подоконнике, где только что стоял отец Бернард, остался лежать маленький мешочек с травами — тот самый, что он собирался отдать Гилберту, но забыл в пылу разговора. Священник заметил его, улыбнулся и бережно убрал в ящик стола.

— Пригодятся, — тихо произнёс он. — Всему своё время.

***

Утро выдалось туманным — плотный, почти осязаемый туман окутал замок лорда Виктора, скрывая башни и стены, словно пытаясь укрыть их от чужих глаз. Отец Бернард, закутавшись в потрёпанный дорожный плащ, остановился у главных ворот.

Туман цеплялся за плащ отца Бернарда, словно пытаясь остановить. Каменные ступени, ведущие к воротам, казались скользкими и ненадёжными. Где-то вдали каркнула ворона —одинокий звук в утренней тишине. Священник на мгновение остановился, перекрестился и двинулся вперёд. Его старый мул устало переступал копытами, а сам священник, поправив распятие на груди, поднял руку, чтобы постучать. Стражники, заметившие гостя, переглянулись.

— Священник? — один из них хмуро оглядел Бернарда. — Что ему нужно?

— Благословение урожая, — спокойно ответил отец Бернард. — Я объезжаю все земли округа. Ваш лорд не откажется от Божьего благословения, верно?

После недолгих переговоров его всё же пропустили внутрь. Замок встретил священника тишиной и холодом каменных стен. Слуга провёл его в малый зал ожидания, где отец Бернард простоял почти час, слушая, как за дверью раздаются голоса и шаги. Наконец дверь распахнулась, и появился лорд Виктор. Он был высок и строен, в тёмно-синем камзоле с серебряной вышивкой. Взгляд холодный, цепкий.

— Отец Бернард? — Виктор слегка склонил голову. — Чем обязан?

— Милорд, — священник склонил голову в ответном поклоне, — я приехал благословить ваши земли и урожай. Но, признаться, есть и другая причина моего визита.

Виктор приподнял бровь, но кивнул, приглашая следовать за собой. Они прошли в кабинет лорда — просторную комнату с высоким окном, выходящим на внутренний двор. На столе лежали свитки и перо, на стене висел меч в богато украшенных ножнах.

— Говорите прямо, отец, — Виктор сел в кресло, жестом предложив гостю занять место напротив.

— Я слышал о леди Элиане, — осторожно начал Бернард. — О той девушке, что живёт в вашем замке.

— Она в безопасности, — сразу отрезал Виктор. — Я забочусь о ней.

— Милосердие — добродетель сильных, милорд, — мягко произнёс священник. — Даже к тем, кто кажется нам слабым.

— Вы сомневаетесь в моей заботе? — в голосе Виктора зазвучала сталь.

— Нет, милорд. Но забота должна идти от сердца, а не от долга.

Виктор помолчал, разглядывая гостя. Что-то в спокойствии отца Бернарда заставило его сдержаться.

— Вы слишком смелы для священника, — наконец произнёс он.

— Я лишь слуга Божий и хочу помочь тем, кто страдает, — Бернард не отвёл взгляда. — Позвольте мне увидеть её. Всего на несколько минут.

Виктор помедлил, затем кивнул:

— Хорошо. Но недолго.

***

В саду пахло розами и влажной землёй.

Элиана сидела на скамье у фонтана, обхватив себя руками. Она не заметила, как подошёл отец Бернард, пока он не опустился рядом.

— Элиана, — тихо произнёс он.