Кусок, как назло, встаёт поперёк горла — я проглатываю любой звук, чтобы не нарваться на новые комментарии.

Я жую медленнее, чем нужно, изо всех сил стараясь не выдать наслаждение ни одним звуком. Потому что Таир продолжает смотреть.

Я отворачиваюсь к окну, делаю вид, что мне плевать на его взгляд. Но не плевать. Меня бросает из жара в холод, будто кондиционер у мира сломался и переключается сам.

— Так… — не выдерживаю тишину. — Что с твоей поездкой?

— Тебя не к… — он делает крошечную паузу, пряча её за глотком кофе. — Тебе знать об этом не нужно. Я решал своё.

— Да? А мне кажется, ты врёшь. Ты же явно что-то скрываешь.

— Скрывать или нет — моё дело. Твоё — копаться в документах и привести меня к компромату Сивого. Всё.

Таир произносит с нажимом, ставя точку в этом разговоре. Чуть скалится, желая донести мысли.

Ну вот. Злой Таир снова вернулся. Отпуск у внутреннего человека закончился.

— Ты бука, — фыркаю, тянусь к тарелке, беру дольку авокадо. — М-м-м.

— А ты не умеешь фильтровать базар, — сухо кивает он. — Нарываешь.

— Я лишь озвучиваю факты. Это, кажется, не запрещено. Только стоит мне подумать, что ты бываешь нормальным, как ты тут же доказываешь обратное.

— Отлично. Рад, что мы сошлись на этом. Не забывай больше.

Я фыркаю громче, чем нужно, и с силой кладу вилку на тарелку — звон получается колючим. Внутри всё шевелится, как осиное гнездо: злость, обида, раздражение.

И чертово непонимание этого мужчины.

Мы едим в тишине. Таир методично расправляется с омлетом. Я — с вафлями.

У меня с ними здесь отношения, близкие к романтическим, но постонать лишний раз нельзя: стоит выдать удовольствие вслух — и Таир ухмыльнётся так, что захочется закопаться под ковёр.

Я жую сосредоточенно. Сладость ласкает язык тёплой волной — но я держу рот на замке.

Я изображаю невозмутимую статую богини вафель: никакой эротики, уважаемые присяжные, только факт поглощения углеводов.

— Наслаждаешься? — усмехается мужчина.

Я игнорирую, стараясь не вестись на его провокации. Тянусь за канапе с авокадо и лососем.

И в тот же момент рука мужчины касается моей. Столкновение случайное, он просто тоже потянулся за едой.

Но меня всё равно прошивает разрядом. Электрическая змея извивается по телу. Жар поднимается по венам, бьёт в голову.

Боже. После того поцелуя тело будто выкрутили на максимум. Любое касание — и меня бросает в дрожь. Пульс взмывает под сотню, если не две.

Я отдёргиваю руку резку, словно обожглась, и ненавижу себя за это мгновенное бегство.

— Доедай, — произносит он ровно, словно ничего не было. — Нам выезжать нужно.

— Куда? — удивлённо поднимаю взгляд на мужчину.

— К Сивому смотаемся.

ЧТО?!

Глоток сока становится внезапной пыткой. Я давлюсь, закашливаюсь и судорожно тянусь за салфеткой, пока Таир спокойно расправляется со своим омлетом, как будто пригласил меня в Тбилиси на прогулку.

— Эм… — хмурюсь, вытирая губы. — У тебя вместе с лунатизмом память пострадала? Ой, ну тогда, наверное, ты забыл, что обещал меня отпустить и…

— Валентина, у меня нет времени на шутки и твои глупые выкидоны. Ешь. Собирайся.

— Я не знаю, что ты там запланировал, Таир. Что, поездку на кладбище? Или ты теперь расхититель могил? Может, мы сыграем в «призраки прошлого»? Пообщаемся по спиритической доске? Как там было… «Сивый, если ты здесь — покрути стакан!»

Таир хмыкает. Тело напряжено, будто готовится метнуть меня в стену взглядом. Его глаза — угольные, тяжёлые, словно пропитаны гудроном.

Моё сердце идёт вразнос, но я делаю вид, что всё под контролем. Кладу вилку. Принципиально медленно. Протираю уголок губ. Поднимаю брови:

— А это точно безопасно? Или, может, мне надо взять с собой чеснок, серебряные пули и крестик на всякий случай?

Таир чуть подаётся вперёд. Я инстинктивно задерживаю дыхание, как перед прыжком в ледяную воду. Он не касается меня — ещё нет. Но всё тело сжимается в ожидании.

Смотрю, как его лицо приближается, как в глазах появляется та зловещая искра — и понимаю, что снова думаю не о том.

О его поцелуе. О том, как он меня держал, как вдавливал в себя, как будто хотел сломать, растворить, забрать внутрь. И как я…